ДУХОВНОЕ ПРЕУСПЕЯНИЕ

 ----картинка линии разделения----

 

Божий человек в каждом добром деле всегда стремится преуспеть и утверждается во всяком добродетельном совершенстве, например, в смиренномудрии и кротости, в благорасположении, в терпении, стойкости, в любви, вере, надежде, в благоразумии, мужестве, доброте. 

Святой Макарий Великий

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святой Макарий Великий

Святой Макарий Великий

----картинка линии разделения----

О преуспеянии человека христианина, вся сила которого зависит от сердца, что и описывается здесь в разных чертах

Как огнем зажигаются многие светильники и горящие свечи, и все свечи и светильники возжигаются и светят тем, что по природе одно и тоже: так и христиане воспламеняются и светят одним и тем же по природе Божественным огнем Сына Божия, и они в сердцах своих имеют горящие свечи, и будучи еще на земле, светят пред Ним, подобно Ему самому. Ибо сказано: «сего ради помаза Тя Бог Твой елеем радости» (Псал. 44:8). Посему-то и наименован Он Христом, чтобы и мы, помазавшись тем же елеем, каким помазан Он, соделались помазанниками, и были единой, так сказать, с Ним сущности и единого тела, как еще сказано: «Святяй и освящаемии от Единаго вси» (Евр. 2:11).

Посему, христиане уподобляются отчасти светильникам, имеющим в себе елей, то есть, плоды правды. Если же светильник в них не зажжен светильником Божества, то они ничто. Господь был светильником горящим по Духу Божества, Который существенно в Нем пребывал и воспламенял сердце Его по человечеству. Подобно гнилому мешку, наполненному жемчужинами, и христиане, обязанные по внешнему человеку быть смиренными и презираемыми, в себе, во внутреннем человеке, имеют многоценную жемчужину. Другие же уподобляются гробам повапленным: снаружи они раскрашены и убраны, а внутри полны мертвых костей, великого зловония и нечистых духов, мертвы пред Богом и покрыты всякою срамотою, нечистотою и тьмой сопротивника.

Апостол говорит, что младенец, пока еще мал, «под повелители и приставники есть» (Гал. 4:1) лукавых духов. А духи сии не хотят, чтоб младенец возрастал, иначе, сделавшись мужем совершенным, начнет вникать в домашние свои дела и домогаться господства. Христианин обязан всегда иметь памятование о Боге, ибо написано: «возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего» (Втор. 6:5), то есть, не только когда входишь в молитвенный дом, люби Господа, но, и находясь в пути, и беседуя, и вкушая пищу, имей памятование о Боге, и любовь и приверженность к Нему. Ибо говорит Он: где ум твой, там и сокровище твое (Мф.6:21). К чему привязано сердце человека, и к чему влечет его пожелание, то бывает для него богом. Если сердце вожделеет всегда Бога, то Бог есть Господь сердца его. Даже и тот, кто отрекся от мира, стал нестяжателем, бесприютным, постником, бывает еще привязан к себе самому, или к мирским вещам, или к дому, или к родительской любви. А к чему привязано его сердце, и чем пленен его ум, то и есть его бог. И оказывается, что широкою дверью из мира он вышел, а в мир входит и впадает узкою дверью. Как хворост, брошенный в огонь, не может противиться силе огня, но тотчас сгорает: так и демоны, когда хотят напасть на человека, сподобившегося даров Духа, попаляются и истребляются Божественною огненною силою, только бы сам человек был всегда прилеплен ко Господу, и на Него возлагал упование и надежду. И если демоны крепки, как твердые горы, то пожигаются молитвою, как воск — огнем. Но душе между тем предлежит великая борьба и брань с ними. Там реки змиев и уста львов, и огнь, палящий душу. Как усовершившийся во зле, будучи упоен духом прелести, убивает ли, прелюбодействует ли, не знает сытости в худых делах: так христиане, крещенные Духом Святым, не искусны бывают во зле. Но те, которые и благодать имеют, и привязаны еще ко греху, пребывают под страхом и идут страшным путем.

Как плывущие морем купцы, хотя найдут и попутный ветр и тихое море, но пока не войдут в пристань, находятся всегда под страхом, что вдруг восстанет противный ветр, взволнуется море и корабль подвергнется опасности: так и христиане, хотя и ощущают в себе, что дышет благоприятный ветр Святого Духа, однако же находятся еще под страхом, чтобы не нашел и не подул ветр сопротивной силы, и не воздвиг в душах их какого мятежа и волнения. Посему, потребна великая рачительность, чтобы войти в пристань упокоения, в совершенный мир, в вечную жизнь и вечное наслаждение, во град Святых, в небесный Иерусалим, «в Церковь первородных» (Евр. 12:23). А кто не прошел еще оных степеней, для того много причин к страху, чтобы лукавая сила, во время сего прохождения, не устроила ему какого-либо падения.

Зачавшая во чреве жена внутри себя носит младенца своего во тьме, так сказать, и в нечистом месте. И если случится, наконец, младенцу выйти из чрева в надлежащее время, видит она для неба, земли и солнца новую тварь, какой никогда не видала, и тотчас друзья и родные с веселым лицом берут младенца в объятия. А если от какого-либо беспорядка случится младенцу умереть во чреве, то необходимо уже определенным на то врачам прибегнуть к острым орудиям, — и тогда младенец переходит от смерти к смерти, из тьмы во тьму. Тоже примени и к духовному. Приявшие в себя семя Божества имеют оное в себе невидимо, и по причине живущего в них греха, таят в местах темных и страшных. Посему, если оградят себя и соблюдут семя, то в надлежащее время породят оное явно, и наконец, по разрешении их с телом, ангелы и все горние лики с веселыми лицами приимут их. А если подъявший на себя оружие Христово, чтобы сражаться мужественно, расслабнет, то скоро предастся он врагам и, при разрешении с телом, из тьмы, обдержащей его ныне, пойдет в другую более страшную тьму и в погибель.

Представь себе сад, в котором есть плодоносные дерева и другие благоухающие растения; сад весь прекрасно обделан и украшен и для охранности, вместо загородки, обнесен малою стеною, по случаю же протекает тут и быстрая река. Если вода, хотя слегка, ударяет в стену, то будет вредить ея основанию, найдет себе проход, понемногу совершенно размоет основание, и вошедши в сад, поломает и искоренит все растения, уничтожит все труды, и сделает сад бесплодным. Так бывает и с сердцем человеческим. Есть в нем прекрасные помыслы, но непрестанно приближаются к сердцу и потоки греха, готовые его низринуть и увлечь на свою сторону. И если ум, хотя несколько, легкомыслен и предается нечистым помыслам, то вот уже духи льсти нашли себе там пажить, ворвались и испровергли все красоты, в ничто обратили добрые помыслы, и душу привели в запустение.

Как глаз мал в сравнении со всеми прочими членами, и самая зеница, при всей своей малости, есть самый важный сосуд, потому что вдруг видит небо, звезды, солнце, луну, города и прочие твари, и все видимые вдруг предметы одинаково изображаются и живописуются в малой зенице ока: так и ум тоже самое в сердце. Само сердце — малый сосуд, но там есть змии, там есть львы, там есть ядоносные звери, там все сокровища порока, там пути негладкие и стропотные, там пропасти, но там также и Бог, там Ангелы, там жизнь и царство, там свет и Апостолы, там сокровища благодати, там есть все. Ибо как бывает мгла распростертая по всей вселенной, и человек не видит человека: так, со времени преступления, тьма века сего лежит на всей твари, на всем естестве человеческом, почему, люди, покрытые сею тьмою, ведут жизнь в ночи, в местах страшных. И как в ином доме бывает множество дыма: так грех с скверными его помыслами и бесчисленное множество демонов вкрадываются в сердечные помыслы и заседают там.

Как в мире, когда объявлена война, люди умные и вельможи не отправляются туда, но, боясь смерти, остаются дома, вызываются же на войну вновь произникшие, бедные, простолюдины, и случается, что они одерживают победу над неприятелями, прогоняют их от пределов, и за сие получают от царя награды и венцы, достигают почестей и достоинств, а те великие люди остаются позади их: так бывает и в духовном. Невежды, слыша в первый раз слово, с правдолюбивым помыслом исполняют оное на деле, и приемлют от Бога духовную благодать, а мудрые и до тонкости углубляющиеся в слово избегают брани и не преуспевают, но остаются позади участвовавших во брани и победивших.

Но как сильно дующие ветры приводят в движение всю тварь в целой поднебесной, и производят великий шум: так и вражия сила движет и уносит помыслы, колеблет глубины сердца, к своей склоняя воле, и в служении ей рассевает помыслы. Как сборщики податей, сидя в тесных проходах, останавливают и истязывают проходящих: так и демоны наблюдают и задерживают души, и если души не совершенно очистились, то, при исшествии своем из тела, не получают дозволения войти в небесные обители и предстать Владыке своему, но уносятся вниз воздушными демонами. Но пребывающие во плоти, при трудах и при великом усилии, могут еще приобрести благодать свыше от Господа, и они, вместе с достигшими упокоения за добродетельное житие, отойдут ко Господу, как сам Он дал обетование: «идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет» (Иоан. 12:26), и бесконечные веки будут царствовать со Отцем, и Сыном, и Святым Духом, ныне и всегда, и во веки веков! Аминь.

Божий человек, верный слуга Господа, в каждом добром деле всегда стремится преуспеть

Божий человек, в истине идущий путем праведности, то есть верный слуга Господа, в каждом добром деле и в любом добродетельном свойстве всегда стремится преуспеть, день ото дня делается лучше самого себя и утверждается во всяком добродетельном совершенстве, например, в смиренномудрии и кротости, в благорасположении, в терпении, стойкости, в любви, вере, надежде, в благоразумии, мужестве, доброте. В каждом из этих совершенств — великая глубина и широта, и тончайшее устроение. Как если бы в райском саду было множество плодоносных и разнообразных деревьев и каждое дерево имело бы ветви, а от этих ветвей другие ответвления и более тонкие отростки с пышной листвой, — так в каждой из добродетелей заключена тонкость работы и великая глубина, и каждая бывает как бы неким совершенным достижением. А всех их опора и основание и вершина, где должен утвердиться и обосноваться каждый стремящийся к Богу, это доверие к Богу и крепость веры, что и должен прежде всего обрести каждый хотящий следовать за Богом: утвердиться в доверии к Нему. Не приобретшие же сначала доверия и надежды на Бога подобны строящим дом без основания. С верой в Бога и надеждой на него, показав благородство в великом борении, мужественно во многих и великих сражениях покорили своих врагов через телесное воительство Маккавеи, которых мы возьмем в пример для самих себя в нашей незримой брани против духов злобы: как они, решительными, мужественными, благородными и великодушными подобает быть нам, истинным воителям Христовым, по слову Апостола: Все, что происходило с ними, были прообразы, а записано в наставление нам, достигшим последних веков (1 Кор. 10:11). Итак, в различных потеснениях и многообразных испытаниях, воздвигаемых на нас духами зла, нам как подлинным Христовым борцам и воителям, надо быть стойкими, мужать и долготерпеть, чтобы мы смогли с благодарностью принять и утешения и дары благодати.

Как видимый человеческий мир управляется от Бога благодатью и справедливостью, — благодатью при множестве и изобилии плодов и здравии, в благую пору года и при всяческом даровании благ, справедливостью же и наставлением при голоде, море, потеснениях, нужде, среди бедствий, при градобитии, разрушениях и всем прочем, что посылается от Бога для наставления по справедливости и на пользу людям, — так и душа, хотящая наследовать вышнему Божественному миру, разнообразно управляется благодатью и иногда веселится в облегчении и радости духовной, и наслаждается утешением благодати, иногда же предается наказаниям и разным испытаниям и всевозможным притеснениям мирского духа, чтобы, пройдя всю школу испытаний и оставшись верной и мужественно претерпев все искушения и ни в чем не отступив от следования Богу и так став доверенной у Христа, она удостоилась бы Божией благодати и справедливости и унаследовала вечную жизнь. И как в здешней жизни не все бывает людям отдых и благополучие и изобилие плодов и мир, но Бог ярмом справедливости и мерою наставляет и милует и промышляет о мире, так и душа, вожделеющая родиться для вышнего мира, не все пребывает в отдыхе и веселии и радости духа, но игом справедливости и благодати наказывает и наставляет и милует и устраивает ее Бог. И если бы у людей все было в жизни отдых и наслаждение и сытость и богатство без бедствий и мучений, люди не вынесли и не стерпели бы этого, презрели бы Бога и совершенно предались плотским наслаждениям, как сказано в Писании: Ел Иаков и утучнел, разжирел, отолстел, раздобрел и оттолкнул он Бога, возлюбленный им (Втор. 32:15). Перенеси все это в область духовного. Если бы все в радости и облегчении и веселии духовном непрестанно пребывала душа, она уже не помнила бы сама себя и ни подвига, ни пути праведности (Мф. 21:32) не знала бы и преуспевала бы лишь в самомнении, заносясь над всеми, и уже не признавала бы в себе смертного человечества. Как говорит Апостол: При чрезвычайности откровений дан мне ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился (2 Кор. 12:7). Видишь? Такому святому мужу потеснения были на пользу. Еще как он говорит, от скорби происходит терпение, от терпения твердость, от твердости надежда, а надежда не постыжает (Рим. 5:3-5). Так что потеснения бывают на пользу и для совершенствования души.

Конопле подобны души христиан, вводимые лукавым во многие бедствия в мире сем. Ибо как конопляное волокно получается тем тоньше, пригоднее и чище, чем больше колотят и треплют коноплю, чтобы из нее сделалась тончайшая пряжа, и чем сильнее ее треплют и чешут, тем пригоднее она становится, — так боголюбивые и правдолюбивые христианские души, насколько они вводятся духами злобы в великие скорби, испытания и искушения, сами сохраняя стойкость и долготерпение, насколько чище, испытаннее и пригоднее для тонкого благодатного духовного делания становятся они, удостаиваясь обитать в небесном городе святых. Ведь когда душа испытывается в великих испытаниях и разнообразных бедствиях и принимает помощь благодати, стойко претерпевая в надежде на Господа, всякий вид зла в ней понемногу убывает, и тяжкое бремя сопутствующего ей греха сбрасывается примерно таким образом: как если бы шел кто долгим путем, направляясь в некий город, и нес бы полный мешок песка, в котором снизу была бы тончайшая дыра, и пока он шел, по всему пути песок высыпался бы, облегчая его, и когда бы он, наконец, достиг города, тяжесть песка опросталась бы и человек совершенно облегчился бы и отдохнул от тяжести песка, — так и у истинно борющейся души, идущей путем праведности (Мф. 21:32) и спешащей в город Царства, но несущей с собой тяжелое бремя греховных страстей, по мере того, как она идет путем добродетелей и прилепляется к Богу, убывают грех и страсти, и она ощущает в себе чувство легкости и кроткого покоя. Если же, совершенно и всецело прилепится к Богу и безупречно и хорошо пройдет путь праведности, то удостаивается полноты благодати, совершенно избавляясь от тяжкого бремени греховных страстей. Но сначала надо пройти через многие испытания и скорби, и так человек вступает в покой благодатной полноты, то есть удостаивается достичь бесстрастия.

Как свежеизваянный сосуд, еще не обожженный на огне, не готов для употребления, или как бессловесный младенец неспособен к мирским делам, потому что не может ни город строить, ни сажать, ни семя сеять, ни делать какое другое мирское дело, будучи неразумен, — так и неиспытанные души, не проверенные в различных скорбях от духов злобы, еще младенчествуют, не имеют достаточного упражнения и, так сказать, пока бесполезны для Царства, как говорит блаженный Павел: Если остаетесь без наставления, которое всем обще, то вы — незаконные дети, а не сыны (Евр. 12:8). Вот как полезны человеку скорби и испытания и искушения, делающие душу пригодной и надежной. — Лишь бы мы решительно и достойно и мужественно готовили самих себя, в стойкости перенося нападения, и укреплялись бы в надежде и доверии, всегда ожидая избавления и дерзали, полагаясь на милосердие Христово, ибо Он никогда не оставляет ищущую Его душу сверх силы подвергаться испытаниям, но при искушении даст и выход, так чтобы вы могли перенести (1 Кор. 10:13). Еще и так человек рассуждает в себе: если и убьют меня и тьмы других худших зол испытаю, с попущения Господа страдая и бедствуя от злых духов, я не оставлю Его, ибо верен Тот, Кто поднимает меня из всякой беды, и Он опять уведет меня из бездны земных (Пс. 70:20). И так, всецело вручив себя Господу и до конца претерпев, человек до конца узнает на опыте и благодеяние Божие, и помощь, и доброе воздаяние. Как говорит Господь: Кто претерпел до конца, тот спасется (Мф. 10:22). В самом деле, как люди в мире сем не могут ни достичь почестей и успеха, ни получить от царя чин высшего достоинства, если прежде не приложат великих усилий и не проявят большого мужества выступив на войну, изучив все военное искусство и навыкнув, и на опыте одержав победу и отняв добычу у противника, и во всем отличившись перед царем (тогда они удостаиваются чинов и достоинств и великих царственных почестей) — так, тем более, никто не удостоится сразу получить сокровища благодати, духовных даров и небесных божественных дарований от всевышнего и истинного Царя (Деян. 2:38, 10:45), если прежде его ум не утвердится, пройдя через все, в заботе о добрых помыслах и в соблюдении святых заповедей и в уповании на Бога, и так сподобится он благодати и возьмет небесное оружие (самый дух) и с ним отличится в великих подвигах против духов злобы, борясь в согласии и единении с данной ему от Бога благодатью, и сделавшись соратником небесному воинству и совоителем против зла до последнего, и совершив с победой через многие труды, и борения, и испытания поход против духов злобы. И когда он исторгнет победу у врага, тогда удостоится получить от всевышнего Царя достоинства Божественные и небесные, и почести славные и духовные, будучи уже в силах и других снаряжать и обучать для войны. Ибо, если просто возьмут из толпы обыкновенного человека, не знающего войны и не имеющего опыта в военных делах, и сразу поставят военачальником над всеми, то такой достоин смеха, потому что вознамерился руководить военными действиями, не узнав прежде войны. Так и в духовном, истолкователь слова Божьего и предстоятель душам должен иметь опыт во всех духовных делах, чтобы, являя на опыте действие объясняемых им слов, он всякий раз приносил собою пользу и помощь слушающим. Божия мудрость и христианский путь и происходящая в верной душе работа благодати совершается с величайшей тщательностью через постепенное возрастание и восхождение, и когда человек сочтет ее законченной, тогда только и надо ему начать еще более внутреннюю работу, потому что в душе совершились таинства Духа и духовные восхождения, и кто часто считает дело завершенным, тот часто должен и начинать. Ведь если это так в здешней жизни, в мирской мудрости, — скажем, мы учимся у начальных учителей, потом у грамматиков, потом у риторов, потом еще и у софистов, наконец у философов, и когда человек пройдет всех учителей, по завершении одной школы начиная другую, тогда начинает при начальниках вершить суд, потом же, с годами отличившись, делается в свою пору и сам начальником и тогда опять же берет себе советника, чтобы не упустить ничего для торжества справедливости, — словом, если в мире сем мы видим такую сложность мудрости и такое ее постепенное восхождение, то тем более неизреченная и безграничная премудрость Божия и христианский путь имеют некую великую сложность и множество ступеней восхождения. И по мере восхождения человек полагает начало каждый раз новым деяниям, проникает глубже в духовные таинства и в сокровенные богатства премудрости, и насколько он возрастает в благодати и богатеет в познании Бога, настолько познает умыслы и козни зла, по слову Апостола: Нам не безызвестны его умыслы (2 Кор. 2:11). Если же такая ведет нас надежда и такие духовные блага уготованы хотящим воистину бороться, то и мы со всею силою да отдадим себя на благоугождение Господне, чтобы, получив духовные дары и преуспев в мудрости Божией и всякое испытание и потеснение с помощью благодати Христовой преодолев и сподобившись совершенного освящения, стать достойными вечной жизни во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава во веки веков. Аминь.

Всецело пригвоздившись ко кресту Христову, они ежедневно сознают в себе ощущение духовного преспеяния

Души правдолюбивые и боголюбивые с великою надеждою и верою вожделеющие совершенно облечься во Христа, не столько имеют нужды в напоминании других, и не терпят в себе даже какого-либо умаления в небесном желании и любви к Господу, но, всецело пригвоздившись ко кресту Христову, ежедневно сознают в себе ощущение духовного преспеяния в привязанности к духовному Жениху, уязвившись же небесным желанием и жаждая правды добродетелей, сильно и ненасытимо вожделеют духовного озарения. А если за веру свою сподобляются приять познание Божественных таин, или делаются причастными веселья небесной благодати, то не полагаются сами на себя, почитая себя чем-либо, но в какой мере сподобляются духовных дарований, в такой же, по ненасытимости небесного желания, с большим еще напряжением взыскуют оных; чем более ощущают в себе духовного преспеяния, тем паче алчут и жаждут причастия и приумножения благодати; чем более обогащаются духовно, тем паче как бы обнищевают в собственном о себе мнении, по причине ненасытимости духовного желания стремиться к небесному Жениху, как говорит Писание: «ядущии Мя еще взалчут, и пиющии Мя еще вжаждутся» (Сирах. 24:23).

Такие души, имеющие в себе пламенную и ненасытимую любовь ко Господу, достойны вечной жизни, а потому, сподобляются избавления от страстей и в полноте благодати совершенно приемлют озарение и причастие Святого Духа, неизреченного и таинственного общения. Души же немужественные и расслабленные, — которые, по тому самому, что находятся еще во плоти, не стараются здесь за терпение и великодушие приять в себя, не отчасти, но совершенное освящение сердца, не надеются в совершенстве, с полным ощущением и с несомненностью, быть в общении с Утешителем Духом, — по сему самому, не прияли от Духа избавления от вредных страстей, или, наоборот, и сподобились Божией благодати, но, увлекаемые пороком, предались какой-то беспечности и недеятельности.

Поелику, прияв благодать Духа и находя для себя благодатное утешение в упокоении, желании и в духовной сладости, и положившись на сие, превозносятся они, предаются беспечности, не сокрушаясь сердцем, не смиряясь в мыслях и не достигнув совершенной меры бесстрастия, не получив того, чтобы со всей рачительностью и верою совершенно исполниться благодати, удовлетворились они тем, и успокоились, и остановились при малом благодатном утешении, то подобные сим души, преуспев более в превозношении, нежели в смирении, если и сподобились какого дарования, лишаются оного за беспечное небрежение и за суетную кичливость их самомнения.

Душа истинно боголюбивая и христолюбивая, хотя бы совершила тысячи праведных дел, по ненасытимому стремлению своему ко Господу, думает о себе, будто бы ничего еще она не сделала, хотя бы изнурила тело свое постами и бдениями, при таких остается чувствованиях, будто бы не начинала еще трудиться для добродетелей; хотя бы сподобилась достигнуть различных духовных дарований, или откровений и небесных таин, по безмерной и ненасытимой любви ко Господу, сама в себе находит, будто бы ничего еще не приобрела, а напротив того, ежедневно алкая и жаждая, с верою и любовию пребывая в молитве, не может насытиться благодатными тайными и благоустроением себя во всякой добродетели. Она уязвлена любовию небесного Духа, при помощи благодати непрестанно возбуждает в себе пламенное стремление к небесному Жениху, вожделеет совершенно сподобиться таинственного и неизреченного общения с Ним в святыне Духа, с откровенным лицом души, взирает на небесного Жениха лицом к лицу, в духовном и неизглаголанном свете, со всею несомненностью входит в единение с Ним, сообразуется смерти Его, с великим вожделением непрестанно ожидает смерти за Христа, несомненно верует, что чрез Духа приимет совершенное избавление от греха и тьмы страстей, и, очистившись Духом, освятившись душевно и телесно, сподобится стать чистым сосудом для приятия в себя небесного мира и обителью небесного и истинного Царя Христа. И тогда-то соделывается она достойною небесной жизни, став еще здесь чистым жилищем Святого Духа.

Но придти в такую меру возможно душе не вдруг и не без испытаний. Напротив того, многими трудами и подвигами, с продолжением времени, при рачительности, после испытаний и различных искушений, приемлет она духовное возрастание и преспеяние даже до совершенной меры бесстрастия, и тогда уже, с готовностью и мужественно выдержав всякое искушение от греха, сподобится великих почестей, духовных дарований, небесного богатства, и таким образом, соделается наследницею небесного царствия о Христе Иисусе Господе нашем. Ему слава и держава во веки! Аминь.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Симеон Новый Богослов

Преподобный Симеон Новый Богослов

----картинка линии разделения----

Исполненные любви к Богу слова Отца, показывают здесь, какое изменение произошло в нем, как он, вконец очистившись, соединился с Богом и из какого каким стал

О как безмерно благоутробие Твое, Спасителю! Как Ты удостоил меня соделаться членом Твоим, меня нечистого, погибшего и блудного? и как облек меня в светлейшую одежду, блистающую сиянием бессмертия и соделывающую светом все мои члены? Ибо пречистое и Божественное тело Твое все блистает огнем Божества Твоего, растворившись и неизреченно смешавшись с Ним. Итак, Ты и мне даровал его, Боже мой, ибо нечистая и тленная сия храмина тела моего соединилась с пречистым Твоим телом, и кровь моя смешалась с кровью Твоею; знаю, что я соединился и с Божеством Твоим, и соделался телом Твоим чистейшим, членом Твоим блистающим, членом поистине святым, членом светлым, прозрачным и сияющим. Я вижу красоту Твою, вижу сияние как в зеркале, вижу свет благодати Твоей, и изумляюсь неизреченному чуду света прихожу в исступление, замечая себя самого, из какого каким - о чудо - я стал, и страшусь, и стыжусь себя самого, и как бы Тебя Самого почитаю и боюсь, и совершенно недоумеваю в заботе о том, где бы мне сесть, и к кому приблизиться, и где склонить эти члены Твои, для каких дел и деяний мне употребить их - эти страшные и Божественные члены. 

Дай мне, о Творче и Создателю, и Боже мой, и говорить и делать то, о чем говорю я. Ибо если я не исполняю на деле того, о чем говорю, то я стал медью громко и всуе звенящей (I Кор. 18:1) и не чувствующей звука ударов. Но не попусти и не оставь, и не дай, Спасителю мой, заблуждаться мне жалкому, нищему и странному, должному Тебе десять тысяч талантов (Mф. 18:24). Но как некогда, так и ныне, Слове, соделай: ибо тогда от наследия и всей земли отеческой, от отца, братьев, матери, своих и чужих, и всех других сродников и друзей Ты отделил меня, Спасе, грешника и худшего всех их, воспринял в пречистые Твои объятия -явившегося неблагодарным за Твои благодеяния, так и ныне помилуй меня, Милостиве, так и даже более умилосердись ко мне, о Боже мой, и охраняй меня, и обуздывай неправые движения духа моего, и сделай меня способным долготерпеливо переносить всякое искушение и печаль житейскую, и что я сам себе причиняю своим худым мудрованием, чем искушает меня завистливый бесовский род, и что делом и словом причиняют мне немощные из этих братьев моих. 

Увы, и горе мне! так как члены мои губят меня, и чрез них же опять я страдаю, влеком бывая ногами - я, которому главою предназначено быть. Ходя босыми ногами, я исколол их тернием, и сильно страдаю, не вынося боли. Одна из ног моих идет вперед, другая, напротив, обращается назад, они тащат и влачат меня туда и сюда, я спотыкаюсь и падаю вниз. Итак, я не могу уже следовать за всеми. Худо - лежать, но и ходить так еще хуже, нежели лежать, ибо это поистине ужасно, так как превосходит всякие иные несчастья. Дай мне, Господи, сокрушение и плач и сподоби во мраке сей жизни, в этом мире-юдоли скорби поработать Тебе и добре послужить и святые заповеди Твои сохранить. Благодарю Тебя, что Ты дал мне жить, и знать Тебя, и поклоняться Тебе, Боже мой. Ибо это есть жизнь, чтобы знать Тебя единого Бога, Создателя и Творца всех, нерожденного, несозданного, единого безначального, и Сына Твоего, от Тебя рожденного (Иоан. 17:3), и исходящего от Тебя Всесвятого Духа - всехвальную Троичную Единицу, Которой поклоняться и благочестно служить - превосходнее всякой иной славы, назвал ли бы ты земную славу или небесную. 

Ибо что есть слова Ангелов, Архангелов, Господств, Херувимов и Серафимов и всех прочих небесных воинств, что есть слава их, или свет бессмертия, или радость, или сияние жизни невещественной, как не единый свет Св. Троицы, нераздельно трояко разделяемый, который един в трех лицах и недоведомо познаваем, поскольку Он хочет. Ибо невозможно, чтобы тварь так знала Творца всего, как Он Сам Себя знает по естеству, по благодати же видят Его и разумеют все Ангелы и всякая тварная природа, не постигая, но разумея, поскольку Свет этот пожелает быть познанным или явиться слепым, а также и видящим, конечно. Ибо и глаз без света не видит, но зрение он получает от света, так как он им произведен. Назовешь ли ты телесное или бестелесное, найдешь, что все Бог сотворил, что на небесах (о чем бы ты не услышал), что на земле и что в безднах. И для всего этого единою жизнью и славой, единым желанием и единым царством, богатством, радостью, венцом, победой, миром и всяким иным благолепием является познание Начала и Причины, от Которой все произведено и произошло. Она есть составление вышнего и нижнего. Она - упорядочение всего умопостигаемого, Она - уяснение всего видимого. Ее имели крепким стоянием Ангелы, обогатившиеся еще большим познанием и страхом, когда они увидели падение сатаны и прельщенных с ним самомнением. Ибо которые только забыли Ее, те и пали, поработившись превозношением, те же, которые напротив имели Ее в разуме, возвысились страхом и любовью, прилепившись ко Владыке своему. Поэтому познание власти Господней умножило в них также и любовь, так как они увидели еще более блистательный и яснейший свет Св. Троицы, а это опять отражало всякую иную мысль и делало неизменными тех, которые, получив в начале изменяемую природу, пребывают на высоте небожителей. 

 

---картинка линии разделения текста---

  

Святитель Василий Великий

Святитель Василий Великий 

---картинка линии разделения---

О тщательном преуспеянии в великом или малом 

Сравнительно с порядком, какой соблюдаем в делах маловажных, требуется от нас тщательность и в делах важнейших.  (Лк.13:15-16): «не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу и не ведет ли поить? сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний?». (18:1-7): «Сказал также им притчу о том, что должно всегда молиться и не унывать, говоря: в одном городе был судья, который Бога не боялся и людей не стыдился. В том же городе была одна вдова, и она, приходя к нему, говорила: защити меня от соперника моего. Но он долгое время не хотел. А после сказал сам в себе: хотя я и Бога не боюсь и людей не стыжусь, но, как эта вдова не дает мне покоя, защищу ее, чтобы она не приходила больше докучать мне. И сказал Господь: слышите, что говорит судья неправедный? Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь». (2Тим.2:4-5): «Никакой воин не связывает себя делами житейскими, чтобы угодить военачальнику. Если же кто и подвизается, не увенчивается, если незаконно будет подвизаться». 

Обличенные в презрении важнейшего и в нерадении об оном подвергнуться большему осуждению сравнительно с тем, которые и в менее важном показали в себе страх вследствие веры и тщательности вследствие похвального вожделения. (Лк.11:31): «Царица южная восстанет на суд с людьми рода сего и осудит их, ибо она приходила от пределов земли послушать мудрости Соломоновой и вот, здесь больше Соломона». (Мф.12:41): «Ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его, ибо они покаялись от проповеди Иониной и вот, здесь больше Ионы». 

Показывающий тщательность в менее важном не должен презирать важнейшего: но, исполняя преимущественно важнейшие заповеди, обязан он успевать и в менее важном.  (Мф.23:23-24): «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что даете десятину с мяты, аниса и тмина, и оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру; сие надлежало делать, и того не оставлять. Вожди слепые, оцеживающие комара, а верблюда поглощающие!»

 

---картинка линии разделения текста---

 

Преподобный Максим Исповедник

Преподобный Максим Исповедник

---картинка линии разделения---

Верующий боится Бога

Боящийся Бога смиряется, смиряющийся кротким делается, прияв настроение, недоступное для неестественных движений гнева и похоти; кроткий соблюдает заповеди, соблюдающий заповеди очищается, очистившийся озаряется, озарившийся сподобляется совозлежать с женихом. – Словом – в сокровищнице тайн.

Как земледелец, обозревая поле, пригодное к пересаждению на него дерев, неожиданно нападает иногда на сокровище: так и всякий подвижник, смиренный и непритворный, и ровный по душевному настроению, чуждому зарослей земных страстей, подобно блаженнейшему Иакову, на вопрос отца о способе благоуспешности: «что сие, еже скоро обрел еси, о чадо»? может ответить, говоря: «еже даде Господь Бог твой предо мною» (Быт.27:20). Ибо, когда Бог без труда с нашей стороны подает премудрые созерцания Своей премудрости нам, не ожидавшим того, то мы думаем, что внезапно обрели духовное сокровище. Искусный и опытный подвижник есть духовный земледелец, узреваемое посредством чувств в видимых вещах, как дикое дерево, пересаживающий на духовное поле и обретающий при сем сокровище, – благодатное узрение проявления Божией премудрости в сотворенных вещах.

Тем, которые еще боятся брани против страстей и страшатся нападения невидимых врагов надлежит молчать, т. е. в борьбе за добродетель не следует употреблять способ противоречия, но обращаться к молитве, предав Богупопечение о себе и защиту свою: каковым говорится в книге Исхода: «Господь поборет по вас, вы же умолкните» (Исх.14:14). Тем же, кои по поражении гонящих их врагов, взыщут, в чувствах благодарения, уразуметь какой бы им начать образ добродетели, следует иметь только открытым сердечное ухо и внимать что речет Господь, как повелено было Израилю: «слыши Израилю» (Втор.6:4)! А кто по очищении сердца неудержно вожделевает Божественного ведения, тому благоприлично благоговейное дерзновение, в следствие коего ему речется: «что вопиеши ко Мне» (Исх.14:15)? Итак, кому, ради страха, положено молчание, тому прилично только прибегание к Богу; кому же повелевается слушать, тому приличествует готовность к услышанию и исполнению заповедей Божественных, а достигшему духовного разумения, пригодно непрестанное в молитве вопияние, как с испрашиванием отвращения зол, так с изъявлением благодарения за полученные блага.

Душа никогда не может простерться к познанию Бога, если Сам Бог, по благоснисхождению к ней, не коснется ее и не возведет ее к Себе. И ум человеческий никогда не мог бы настолько востечь горе, чтобы приять некое Божественное озарение, если бы Сам Бог не восторгал его, сколько возможно уму человеческому восторжену быть, и не просвещал Божественными осияниями.

Верующий только, по Евангелию, сдвигает гору (Мф.17:19) греха деятельной в добре жизнью, исторгая из себя прежнее пристрастие к чувственным вещам, непостоянным и изменчивым. Кто же возмог сделаться учеником, тот приемля от Слова руками преломления (ломти) хлебов духовного ведения, насыщет ижи тысячи, делами показывая размножающую силу Слова (Мф.15:32 и д.). А возмогший быть и Апостолом, врачует «всяк недуг и всяку болезнь и бесов изгоняет» (Мф.10:1): «изгоняет бесов» т. е. прогоняет действо страстей; «болезни исцеляет», т. е. упованием возводит к благочестивому настроению лишившихся оного; недуги врачует, т. е. расслабевших от лености возбуждает и укрепляет словом о суде. Но получивший «власть наступать на змию и скорпию» (Лк.10:19) истребляет начало и конец греха.

Апостол и ученик, конечно, есть и верующий, но ученик не всегда Апостол, а всегда верующий; только же верующий не есть уже ученик и Апостол. Впрочем, возможно, жизнью и созерцанием, и этому третьему (верующему) взойти в чин и достоинство второго (ученика), и сему второму – в чин и достоинство первого (Апостола).

Что во времени по временному порядку производится, то, достигши совершенства, останавливается, потому что тогда прекращается естественное его возрастание. Но что благодать Божия производит по порядку добродетельной жизни, то и достигши совершенства опять подвигается к возрастанию: ибо здесь так бывает, что конец одного служит началом другого. Кто пресек в себе живущие в нем тленные страсти деятельной добродетелью, тот вместе с сим начал другие Божественнейшие преобразования «от славы в славу» (2Кор.3:18): поскольку и Бог, в нем действующий, не престает творить добро, как и не начинал, потому что, как свойство света есть – светить, так Божие свойство есть творить благое. Почему, по закону, – соответствующему состоянию вещей временных, рождающихся и умирающих, чтится суббота пресечением дел, а по Евангелию, соответствующему состоянию вещей духовных и мысленных, она празднуется благоделанием добрых дел, хотя не разумеющие, что суббота ради человека, а не человек субботы ради, – и что Сын человеческий Господь есть и субботы, негодуют на это (Мк.2:27. 28).

Для вкушения духовного радования душе недостаточно одного покорения страстей, если не стяжает и добродетелей чрез исполнение заповедей. «Не радуйтесь», говорит Господь, «яко бесы вам повинуются», – т. е. действа страстей, «радуйтесь же, яко имена ваша суть написаны на небесах» т. е. что по благодати сыноположения ради добродетели переписаны вы в место (в графу) бесстрастия.

Пока не исторглись мы умом до чистоты из природы своей и всего, что есть после Бога, дотоле не можем считать себя стяжавшими неизменный навык к добродетели. Ибо только, когда любовью установится в нас такое настроение, познаем мы силу Божественного обетования, потому что совершенная непревратность достойных водружена, как должно верить, там, где предварительно ум любовью своею укоренил силу. И не исшедший из себя и всего, о чем можно как-нибудь помышлять, и не утвердившийся в превышающем всякое помышление молчании (умолкнутии всех движений ума) никак не может быт свободен от превратности.

Великий Моисей, после того уже, как поставил скинию свою вне стана, – т. е. после того, как сердце свое и ум твердо установил вне всего видимого, – начинает поклоняться Богу, и после того, как вступил во мрак, т. е. в безвидное и безвещное место ведения, там пребывает, священнейшие совершая таинства (или посвящается на то) (Исх.33:7; 20:21).

Чувство, или ощущение впечатлений чувственных, сопровождает «деятельного», – трудящегося над совершением добродетелей, а нечувствие, или неколебание чувственными впечатлениями присуще  «созерцательному», ум свой сосредоточивающему в Боге, отторгая его от плоти и мiра, Тот, подвизаясь разделить душу от естественных уз сочувствия плоти, «деятельным» на добром пути трудом, часто чувствует себя утомленным и благонастроение свое ослабевающим, а этот, исторгнув занозы сего сочувствия упражнением и пребыванием в созерцании, ничем уже совершенно не может быть пленяем и удерживаем, сделавшись чистым от того, чем обыкновенно уязвляли и удерживали его желавшие овладеть им.

Кто после расторжения союза по причине преступления опять идет к воссоединению, тот, во-первых, удаляется от страстей, потом от страстных помыслов, потом от природы и всего природного (т. е. от вещественного мiра), потом от вещей мысленных и ведения о них (т. е. от мiра духовного), наконец, претекши разнообразие планов Провидения (течение событий), неведомо как приближается к самой Единице: в коей единой узрев свою непревратность, «радуется радостью неизглаголанною»  (1Пет.1:8), «как обретший мир Божий, превосходящий всякий разум» (Флп.4:7), и того, кто сподобляется его, непрестанно охраняющий от падения.

Страх геенны понуждает вводимых в сказанный путь (новоначальных) избегать греха, желание воздаяния благ придает готовности преуспевающим в делании добродетелей, а таинство любви восторгает ум превыше всего тварного, делая его слепым для всего, что после Бога. Ибо только тех, кои сделались слепыми для всего, что после Бога, Господь умудряет, показывая ему Божественнейшее (Пс.145:8).

На Господе, как на некоем основании веры, воссозидая высокое здание благ, будем полагать (на сем основании) «злато, сребро и камение честное», т. е. чистое и неподмесное Богословие, жизнь светлую и славную, Божественные помыслы, и маргаритовидные созерцания; а не «дрова, сено и тростие» (1Кор.3:12), т. е. не идолослужение или пристрастие к чувственному, не жизнь неразумную, не помыслы страстные, лишенные, как зрелых колосьев, премудрых разумений.

О проходящем деятельную жизнь говорится, что он, временно проживает во плоти, как пришлец имеющий целью деланием добродетелей отсечь от души своей сочувствие к плоти и отторгнуть себя от вещественных прелестей. А о том, кто проходит жизнь созерцательную, говорится, что он в самой добродетели пришельствует, как в зерцалах еще и гаданиях созерцающий истину. Ибо еще неузрены им, чрез вкушение как бы лицом к лицу, подлинные виды чаемых благ, как они есть. И всякий святой в отношении к будущим благам  «образом ходит», вопия:  «пресельник аз есмь и пришлец, якоже вси отцы мои» (Пс.38:7,13).

Кто исполняет еще страстные вожделения плоти, тот живет в земле халдейской, как служитель и делатель идолов. Когда же, рассудив здраво, придет он несколько в познание подобающего ему по естеству образа жизни (и возымеет к нему сочувствие), тогда, оставив землю Халдейскую, идет в Харран Месопотамский  (Быт.11:28–31), – т. е. в состояние, сопредельное добродетели и греху, не чистое еще от чувственной прелести. А когда он пройдет за пределы этого среднего чувственного разумения добра, тогда вступает в землю благую, т. е. в состояние, свободное от всякого греха и неведения, которое неложный Бог показывает и дать обещает, как награду добродетели, любящим Его.

Ревнующий обрести любомудрие в духе благочестия и в боевой ставши порядок против невидимых сил, да молится, чтоб с ним пребыли и естественное различение добра и зла, свет коего не велик, и просветительная благодать Духа, из коих первое детоводит плоть к деятельной добродетели, а вторая световодит ум всему предпочитать сожительство с премудростью (Прем.8:2), «коей разоряются твердыни зла и всякое возношение, взимающееся на разум Божий» (2Кор.10:4). Это показывает и Иисус Навин, просящий в молитве, «да станет солнце прямо Гаваону», – т. е. да сохранится в нем незаходимым свет ведения Бога на горе мысленного созерцания, – «и луна прямо дебри» – (Иис. Нав.10:12), – т. е. да естественное различение добра и зла, лежащее над плотской немощью, пребудет неизменным относительно добродетели.

«Гаваон»  есть высокий ум; а  «дебрь»  – плоть, смиренная смертью. «Солнце» есть Слово, просвещающее ум, дающее ему силу к созерцаниям, и от всякого неведения его избавляющее, а «луна» – естественный закон, обязующий плоть законно покориться духу к приятью ига заповедей. Естества же символом принимается луна, по причине изменчивости. Впрочем, во Святых естество бывает неизменным, по причине неизменного навыкновения в добродетели.

В начале обучения людей ко благочестию дело обыкновенно идет так, как бы оно относилось только к телу. И беседуем мы на первых порах приступления к Богочестию более по букве, нежели по духу. Потом мало-помалу приступая ближе к духу, и плотяность речений утончая духовными созерцаниями, в чистом чисто бываем уже мы Христе, сколько это возможно людям, так что можем говорить по Апостолу: «аще и разумехом по плоти Христа, но ныне к тому неразумением» (2Кор.5:16). Это по причине простого (или чистого) приступания ума к Слову без покровов на Нем, так как мы преуспели уже от плотского разумения Слова взойти к узрению «славы Его, яко Единородного от Отца» (Ин.1:14).

Пока душа совершает свое от силы в силу и от славы в славу прехождение, т. е. от добродетели преуспеяние в большей добродетели, и от ведения восхождение к высшему ведению, дотоле она не перестает быть пришелицей, по сказанному: «много пришельствова душа моя» (Пс.119:6). Ибо велико расстояние, и множество должно пройти ей степеней ведения, пока «пройдешь в место селения дивна даже до дома Божия, во гласе радования и исповедания, шума празднующаго» (Пс.41:5), – всегда к гласам глас, к духовным гласам духовный глас прилагая в преуспеянии в духовных созерцаниях, с радованием об умноузренных вещах, – с радованием и соответственным благодарением. Такие празднества совершают все, получившие благодать «Духа, вопиющего в сердцах их: Авва Отче» (Гал.4:6).

«Место селения дивна» есть бесстрастное и непоколебимое благонастроение к добродетелям, по коему Бог Слово, пришедши, благоукрашает душу разными красотами добродетелей, как скинию. Дом Божий есть из многих и разных созерцаний составившееся ведение, по коему Бог, посетив душу, исполняет ее множеством мудрости. «Глас радования» есть взыграние души при взоре на множество добродетелей. Исповедание есть благодарение за славное насыщение или исполнение премудростью. «Шум» есть непрестанное таинственное славословие, из смешения обоих, т. е. радования и исповедания, слагающееся.

Мужественно преодолевший плотские страсти, и довольно побед одержавший над нечистыми духами, и помышления их изгнавший из своей душевной области, да молится, чтоб ему дано было сердце чистое и дух правый обновился во утробе его, т. е. чтоб благодатью Божией совершенно очиститься ему от помыслов худых и исполниться помышлений Божественных.

Пока кто в этой жизни находится, дотоле, сколько бы ни был совершен, по здешнему состоянию, в деятельности и умозрении, отчасти только имеет и ведение, и пророчество, и залог Святого Духа, но не во всей полноте, – имея некогда придти в совершенное состояние, которое достойным показывает истину лицом к лицу, как она есть сама в себе: так что он не часть только полноты будет иметь, но самую полноту всю будет носить в себе по причастию. Ибо Апостол говорит, что тогда все (т.е. спасаемые)  «достигнут в мiру возраста исполнения Христова» (Еф.4:13), «в Немже суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна» (Кол.2:3), по проявлении  «чего еже отчасти упразднится» (1Кор.13:10).

Некоторые ищут, каково будет состояние удостоиваемых совершенства в Царствие Божием?

Будет ли там преуспеяние и прехождение (к лучшему и лучшему) или будет одно, установившееся до неизменности положение? Как будут тогда тела и души, и как об этом думать? На это, подумавши, кто-нибудь может сказать, что как в отношении к телесной жизни, пища имеет двоякое значение, – то она служит к возрастанию, то к сохранению питаемых, – именно, – пока достигнем совершенной меры возрастания телесного, питаемся для возрастания, а когда тело остановится в прибавлении увеличения, тогда питается оно не для возрастания, а для сохранения: так и в отношении к душе пища двоякое имеет значение. Питается она добродетелями и умозрениями, когда преуспевает, пока, прешедши все сущее, достигнет в меру возраста исполнения Христова: но достигши сего, останавливается в преуспеянии или прибавлении себе возрастания положенными средствами, и, будучи питаема, непосредственно пищей нетленной, способом превышающим разумение, а, может быть, по тому самому и высшим возрастания, приемлет ее уже только для сохранения данного ей Боговидного совершенства и для изъявления безмерных услаждений от пищи оной, по коей приемля присещающее ее всегда одинаково благобытие, она бывает богом по причастию Божественной благодати, и сама, преставши от всех по уму и чувству действий, и вместе с собою заставив престать и естественные действия тела, сообóженного вместе с нею в мере доступного ему обóжения, так что чрез душу и тело просиявает един Бог, с препобеждением естественных их признаков преизбытком славы.

Ищут некоторые из любящих до всего доходить, в чем будет состоять различие вечных обителей и обетованных наследий, – местом ли оно будет определяться, или количеством и качеством духовных совершенств каждого?

И одним кажется первое, а другим – второе. Кто познал, что есть: «царствие Божие внутрь вас есть» (Лук, 17:21) и что: «в дому Отца Моего обители многи суть» (Ин.14:2), тот станет на сторону второго.

Возмогший трудами доброделания «умертвить уды, сущие на земле» (Кол.3:5) и чрез исполнение заповедей Слова победит сущий в нем мiр, никакой не будет иметь скорби, как оставивший уже мiр и начавший пребывать во Христе, победителе мiра страстного и всякого мира подателя. Ибо не оставивший пристрастия к вещественному, конечно будет иметь скорбь, изменяясь в чувствах вместе с изменением того, что изменчиво по природе, а начавший быть во Христе, ни под каким видом не воcчувствует уже изменения в вещественном, каково бы оно ни было. Почему Господь говорит: «сия глаголах вам, да во Мне мир имате: в мiре скорбни будет, но дерзайте, яко Аз победих мiр» (Ин.16:33). То есть во Мне, Слове, вы иметь будете мир, будучи избавлены от превратности и смятения земных вещей и страстей, в мiре же, т. е. в пристрастии к вещественному будете иметь скорбь, по причине непрестанного в нем одного в другое изменения. Скорбь будут иметь оба, и действующий добродетельно, по причине соединенного с тем труда, и любящий мiр, по причине потерь и лишений в вещественном, но у одного она спасительна, а у другого разорительна и пагубна. Для того же и другого покой есть Господь: для первого тем, что по трудах доброделания дает ему покой бесстрастия в состоянии созерцания, а для второго тем, что чрез покаяние отнимает у него обычное пристрастие к тленному.

Кто с благочестивым и правым ведением сохранит путь добродетели непокривленным чрез уклонения на противную ей сторону, тот будет уразумевать бывающее ему ради бесстрастия посещение Божие, как уверяет тот же святой Пророк, говоря: «пою, и разумею, в пути непорочни, когда придети ко мне» (Пс.100:2).

 

---картинка линии разделения текста---

 

  Евагрий Понтийский

Авва Евагрий Понтийский

---картинка линии разделения---

Преуспевающий в духовном делании умаляет страсти, а преуспевающий в созерцании умаляет неведение

Что касается страстей, то некогда произойдет совершенная гибель их, а что касается неведения, то одни говорят, что есть предел ему, а другие - что такового предела нет. 

Плод семян - жатва, а добродетелей - ведение. И как посеву семян сопутствуют слезы, так и жатве - радость. 

 

 ----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com