СЛОВО ДУХОВНОЕ

 ----картинка линии разделения----

 

Слово Христа в слушателей, которые могут его принять, мы влагаем, как закваску, под действием коей они… отделяются и разлучаются от грубой массы мiра, соединяются же со Христом... 

Преподобный Ефрем Сирин 

 

 ----картинка линии разделения----

 

Иисус Христос (Спаситель)

Иисус Христос (Спаситель) 

----картинка линии разделения----

Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас (Мф.7:6).

 

 ----картинка линии разделения----

 

Пророк (Царь) Давид

Пророк (Царь) Давид

----картинка линии разделения----

Слова Господни — слова чистые, серебро очищенное от земли в горниле, семь раз переплавленное (Пс. 11:7).

 

----картинка линии разделения----

 

Святитель Ерма

Святитель (Апостол) Ерм 

----картинка линии разделения---

Как кузнец, работая молотом, преодолевает дело, какое хочет, так и праведное слово, ежедневно внушаемое, победит всякое зло.

 

 ----картинка линии разделения----

                        

Святой Антоний Великий

Святой Антоний Великий

----картинка линии разделения----  

Не со всяким веди беседы о благочестии

Кто проповедует истину неверу, укоряет или учит его, тот подобен человеку, бросающему драгоценнейшие жемчужины во глубину моря.

Не со всяким веди беседы о благочестии и добром житии. Не по зависти говорю так, но потому, что пред неразумнейшим покажешься ты, думается мне, смешным. Подобное подобному сочувствует, а для таких бесед немного слушателей или, вернее, они очень редки. Лучше потому не говорить, ибо не этого хочет Бог для спасения человека.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святой Макарий Великий 

----картинка линии разделения----

Истинная мудрость... состоит не в красоте слов, но в силе

Истинная мудрость... состоит не в красоте слов, но в силе, действующей Святым Крестом.

Кто ведет речь о духовном, не вкусив того сам, тот уподобляется человеку, который... говорит о меде, что он сладок, но не вкушал его сам и не знает силы его сладости. Произносящие одни только слова мечтают и надмеваются своим умом.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Симеон Новый Богослов

Преподобный Симеон Новый Богослов

----картинка линии разделения----

Вышел ли ты из ада, т. е. из греха, и вступил ли на поверхность земли?

Доброе дело проповедать пред всеми милость Божию и возвещать братиям своим великое Его благоутробие и неизреченную благодать, какую имеет Он к нам.

Скажи мне, прошу тебя, кто бы ты ни был, не желающий учиться тому, что касается Бога и божественных вещей, а покушающийся паче учить о том, — скажи мне, вышел ли ты из ада, т. е. из греха, и вступил ли на поверхность земли? Также, как случилось тебе выйти из сего ада, по каким ступеням восходил ты оттуда и кто были твои помощники и споспешники? Был ты смраден и источал тление или, лучше скажу, смерть господствовала в тебе и ты был мертв, — скажи же мне, каким способом ожил ты? Как победил ты смерть греховную и убежал из рук ее? И опять после того, как, вышедши из ада, вступил ты на землю, скажи, каким способом избавился ты от тления и клятвы? И еще, как поднялся ты с земли и востек на небо? На какую колесницу воссел ты, или какое облако взяло тебя от земли? Открой нам все это и расскажи, и тогда мы примем тебя, если и о Боге будешь вести беседу со страхом, мерно и сдержанно. Если же без того, о чем я сказал... и прежде исполнения  заповедей Христовых, дерзостно покусишься ты беседовать о Боге, то мы отвратимся от тебя, как от вышедшего из ума и бесноватого.

Если ты сподобился получить Божественную благодать, то учи свободно о том, что касается благодати, и богословствуй беспрепятственно о Боге по естеству, и о сынах Божиих по благодати, говори и ты не запинаясь, что святые человеки суть рабы славы Божией. Если же исповедуешь, — и хорошо то делаешь, — что не получил ты такого дарования, не чувствуешь, чтоб умер ты миру, не сознаешь, чтоб взошел ты на небо и там укрывался один, не показываясь вне... если не знаешь, что изменился весь и стал, как дух чрез отложение и отвержение плоти, духовная духовными срассуждая, — если, говорю, не сделался ты таковым, то почему не молчишь и не ищешь в покаянии и слезах получить и испытать сие, но охоч говорить попусту о том, чего не знаешь, любишь, чтоб тебя называли и без того святым, не поперечишь молве, будто ты более, чем другие, спасен, не трепещешь принимать чужие помыслы, учить других и руководить их к свету, будучи сам лишен Божественного света, не боишься пасти братий, сидя сам еще во тьме и не стяжав еще того ока, которое видит истинный свет, не стыдишься врачевать других, будучи сам весь в болезни и не чувствуя собственных своих ран? Скажи мне, прошу тебя, если ты не сознаешь, чтоб был бесстрастен, и не чувствуешь, чтоб обитал в тебе бесстрастный Бог, то, на что дерзая и полагаясь, взял ты на себя дела свойственные бесстрастным, и служения, принадлежащие одним святым рабам  Божиим? Внимай, добре, чтоб, забывшись, не взойти на чужие степени и служения и после не быть изгнану во тьму кромешную, как презрителю воли Божией и как дерзкому и непотребному рабу. Смотри, как бы не оказаться тебе не имеющим брачной одежды (которая не другое что есть, как благодать Святаго Духа) и как обнаженному от нее не быть связану по рукам и ногам и ввержену в огнь геенский.

Тот, кто толкует о последних степенях совершенства новоначальным и, особенно, более ленивым из них, не только не принесет им пользы, но еще сделает, что они возвратятся вспять.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Никита Стифат

Преподобный Никита Стифат

----картинка линии разделения----

Премудрость Божия течет из уст их в ведении Божеских и человеческих вещей

Которые трудами подвижническими соделали себя чистыми от всякой скверны плоти и духа, те стали приятелищами бессмертного естества через дарования Духа. До сего же достигшие полны суть света благого, от коего исполнены будучи в сердце тихим миром, отрыгают благие словеса, и премудрость Божия течет из уст их в ведении Божеских и человеческих вещей, и слово их чистое вещает о глубинах Духа.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святитель Василий Великий

Святитель Василий Великий 

----картинка линии разделения----

Предстоятель слова должен быть для других образцом сам, прежде исполняя, чему учит

Мне пришло на мысль уподобить свою беседу усердию какого-нибудь бедного гостеприимца, который желает прослыть богатым угостителем, но не имеет дорогих яств и досаждает гостям, щедро нося на стол свой бедный запас, так что его радушие обращается для него в укоризну незнания приличий.

Думаю, что тогда изготовляется ткань духовной одежды, когда к назидательному слову присовокупляются и дела с ним сообразные. Как, в основу вплетая уток, ткут одежду для тела, так, когда за предваряющим словом следуют сообразные с ним дела, утотовляется сим благолепная одежда душе, имеющей вполне и словом и делом добродетельную жизнь. А рясны привешивают к одежде, и их должно понимать также в духовном смысле, почему и называются они златыми. Поелику слово обширнее дела, то оно составляет как бы некие рясны, которые спущены вниз с ткани деятельности.

Если не запасено в сердце добра, то, как изнесет устами сокровище не обладающий им втайне? Если имеющий доброе в сердце не возвещает о нем словом, то ему будет сказано: премудрость сокровена и сокровище не явлено, кая польза есть во обоих? (Сир. 20:30). Посему для пользы других уста моя да возглаголют премудрость (Пс. 48:4), а для собственного моего преуспеяния сердце да поучается разуму.

Какая польза кричать на ветер, когда жизнь так сильно обуревается, что ум всякого оглашаемого словом, наполнившись обманчивыми лжеумствованиями, как глаз пылью, приходит в замешательство и слух у всякого оглушается несносными и непривычными звуками.

В рассуждении того, что не определено в Писании ясным повелением, должно увещевать каждого к лучшему.

Предстоятель слова должен быть для других образцом всего доброго, сам прежде исполняя, чему учит.

Непозволительно вменять в необходимость другим, чего сам не исполняешь.

Для евангельской проповеди не должно пользоваться человеческими преимуществами, чтобы ими не затмевалась Божия благодать.

Не должно проповедовать Евангелия из любопрительности, из зависти и соперничества с кем-нибудь.

Не должно думать, что успех проповеди производится собственными нашими примышлениями, но всю надежду надобно возлагать на Бога.

Те, которые в угождение слушателям не с дерзновением возвещают волю Божию, раболепствуя пред теми, кому хотят угодить, не подчиняются уже владычеству Господню.

Тайны спасения повергать пред всяким без разбора и принимать одинаково всех... походит на то же, что и в нечистый сосуд вливать многоценное миро.

Если орудиями пользоваться никто не дозволяет неопытным, то тем паче употребление слова надобно уступать людям способным, которые в состоянии распознать и место, и время, и образ вопросов, которые, возражая без любопрительности и благоразумно, а также с разумом выслушивая, могут точно наводить на разрешения вопросов к общему назиданию.

Тот, кто приставлен к Домостроительству слова, если вознерадит о том, чтобы возвестить слово, будет, по написанному, осужден, как убийца (Иез. 33:8).

Настоятель навлекает на себя великую и нестерпимую беду, когда скроет талант слова, и не будет наперед объявлять каждому о мече, грядущем на грех.

 

----картинка линии разделения----

 

Святитель Григорий Богослов

Святитель Григорий Богослов

----картинка линии разделения----

Обильное слово не полезнее мудрого

Обильное слово не полезнее мудрого; доставив, может быть, несколько удовольствия, оно улетает и исчезает вместе с колебанием воздуха, не производя ничего больше, а только очаровывает краснословием пленяющийся им слух, а мудрое слово проникает в ум, расширив уста, исполняет их духом, переживает свое рождение, и не многими слогами возделывает многое.

Лучше мне пять слов сказать в Церкви с разумом, нежели тысячи одним языком (1 Кор. 14:19) и невразумительным звуком трубы, который не возбуждает моего воина к духовной брани.

Обременение словом столько же неприязненно для слуха, сколько излишняя пища для тела.

Ты любослов, ты исполнен ревности, для тебя несносно, если не польется у тебя слово! И в этом случае желаю тебе не больше, как свойственного человеку. Говори, но со страхом, говори, но не всегда, не обо всем, не всякому и не везде, знай, кому, сколько, где и как говорить. Всякой вещи, как слышишь, есть свое время, а всего лучше всему мера.

Какой же вред видишь в том, что молодые люди чрез благопристойное наслаждение приводятся в общение с Богом? Их трудно вдруг перестроить. Пусть же будет в них некоторая благородная смесь. Но когда доброе со временем окрепнет, тогда, отняв красное слово, как подпорку у свода, соблюдем в них самое доброе. Что может быть полезнее этого? И ты, ревнитель строгости, нахмуривающий брови и самоуглубляющийся в себя, разве не подкладываешь сладостей в кушанье? За что же охуждаешь мою речь, дела ближнего измеряя своею мерою?

 

----картинка линии разделения----

 

Святитель Григорий Нисский

Святитель Григорий Нисский 

----картинка линии разделения----

Всякое слово, не сопровождаемое делами, суетно и несостоятельно

Да не ослабевает слово, привлекающее к прекрасному, хотя иной, как младенец и несовершенный умом, по непривычке к искушениям, детски боится их. Ибо вредоносный и тлетворный демон о том и старается, чтобы подчинившийся ему человек не на небо взирал, но поникал очами к земле, и делал в себе из брения плинфы.

Чистым очам Церкви свойственно размягчающею силою ланит приуготовлять телу такую пищу, чтобы в сказанном не усматривалось ничего глубоко скрытого и неясного, но все было видно насквозь, свободно, далеко от всякой обманчивой скрытности и глубокости, явственно и для младенцев.

Всякое слово без дел являемое, как бы ни было красноречиво составлено, подобно бездушному изображению, которому краски и цвета придают некоторый вид живости, а кто сотворит и научит (Мф. 5:19)... тот есть истинно живой человек, цветущий красотой, действующий и движущийся.

Вполне прекрасно и весьма полезно повествованиями о добродетели питать юношей и укреплять мужей. Слух есть вид чувства самый полезный и не менее зрения способный служить к научению, ибо посредством ушей ясно вводит учение в душу, и немаловажно то, хорошие, или дурные слышать повествования.

Всякое слово, не сопровождаемое делами, суетно само по себе и несостоятельно.

Когда душа целомудренна, тогда не будет никакой потери от незнания красноречия, а когда она развращена, тогда бывает величайший вред, хотя бы язык был весьма изощрен, и тем больший вред, чем больше это искусство.

 

----картинка линии разделения----

 

Святитель Иоанн Златоуст

Святитель Иоанн Златоуст

----картинка линии разделения---

Духовное слово питает лучше хлеба

Духовное слово питает лучше хлеба, исцеляет лучше лекарств, выжигает сильнее огня, не причиняя никакой боли, останавливает смрадное течение дурных мыслей, сильнее железа безболезненно рассекает загнившие раны, и при этом не требует никакого расхода денег, не повергает в нищету.

Для надлежащего занятия красноречием нужна добрая нравственность, а добрая нравственность не нуждается в пособии красноречия. Можно быть целомудренным и без этого знания, но никто никогда не приобретет силы красноречия без добрых нравов, проводя все время в пороках и распутстве.

Порочность в соединении с искусством в слове производит гораздо худшие беды, чем необразованность.

Кто составляет всю речь свою всецело из предметов тяжелых, тот бывает несносен для слушателя и часто вынуждает душу, не переносящую тяжести его слов, отвращаться от них, а кто разнообразит речь и составляет ее больше из легких, чем трудных предметов, тот прикрывает тяжесть предмета и, успокоив слушателя, таким образом, успешнее убеждает и привлекает его.

Как тот, кто любомудрствует только на словах, без дел, не приносит великой пользы слушателю, так, напротив, тот, кто может предложить совет, наперед исполненный им самим, этим больше всего увлекает слушателя.

После примера дел предоставлен один вид и способ врачевания — учение словом. Вот орудие, вот пища, вот превосходное растворение воздуха! Это вместо лекарства, это вместо огня, это вместо железа; нужно ли прижечь или отсечь, необходимо употребить слово, если оно нисколько не подействует, то все прочее напрасно. Им мы восставляем падшую и укрощаем волнующуюся душу, отсекаем излишнее, восполняем недостающее и совершаем все прочее, что служит у нас к здравию души. Наилучшему устроению жизни может содействовать жизнь другого, располагая к соревнованию, но когда душа страждет болезнью, состоящею в неправых догматах, тогда весьма полезно слово, не только для ограждения своих, но и для борьбы с посторонними. Если бы кто имел меч духовный и щит веры такой, что мог бы совершать чудеса и посредством чудес заграждать уста бесстыдным, тот не имел бы нужды в помощи слова, или лучше, оно по свойству своему и тогда было бы не бесполезно, но даже весьма необходимо.

Если кто не имеет этой силы <слова>, то души подчиненных ему людей постоянно будут находиться в состоянии нисколько не лучше обуреваемых кораблей; я говорю о людях слабейших и любопытнейших. Посему священник должен употреблять все меры, чтобы приобрести эту силу.

Иное зависит от дел, а иное от слова, и каждая из этих двух частей имеет нужду одна в другой, чтобы здание было совершенно.

Увлекающийся страстью к похвалам, хотя может вести беседы назидательные для народа, но вместо них предлагает то, что более услаждает слух, приобретая этим себе шум рукоплесканий.

Когда... <пастырь>, выступив среди народа, станет говорить обличения живущим беспечно, но потом смешается и станет запинаться, и по скудости речи принужден будет краснеть, тотчас исчезает вся польза от сказанного. Обличаемые, негодуя на сказанное и не имея другого средства отмстить ему, осыпают его насмешками за его неумение, надеясь этим прикрыть свои недостатки.

Так как сила слова не дается природою, но приобретается образованием, то хотя бы кто довел ее до высшего совершенства, и тогда он может потерять ее, если постоянным усердием и упражнением не будет развивать этой силы. Таким образом, образованнейшие должны более трудиться, нежели менее образованные, ибо нерадение тех и других сопровождается не одинаковым ущербом, но у первых он столько важнее, сколько различия между тем, чем владеют те и другие.

Слушатели... судят о проповеди не по ее содержанию, а по мнению о проповедующих. Потому, кто превосходит всех красноречием, тому более всех нужно усердно трудиться; ему нельзя извиняться тем общим недостатком природы человеческой, что невозможно успевать во всем, но если беседы его не вполне будут соответствовать высокому мнению о нем, то они сопровождаются множеством насмешек и порицаний от народа.

Принявший на себя подвиг учительства должен не внимать похвалам посторонних людей, и не ослабевать своею душою без них, но составляя поучения так, чтобы угодить Богу (ибо это должно быть у него правилом и единственной целью тщательнейшего составления поучений, а не рукоплескания и похвалы), если будет хвалим людьми, пусть не отвергает похвал, если же не получает их от слушателей, пусть не ищет и не сетует, потому что для него достаточное и наилучшее утешение в трудах есть то, если он может сознавать в самом себе, что он составлял и направлял свои поучения на благоугождение Богу.

Подлинно, кто предается страсти к безрассудным похвалам, тот не получит никакой пользы ни от многих трудов своих, ни от силы своего слова, потому что душа, не умеющая переносить неразумных осуждений народа, слабеет и теряет охоту к упражнению в слове. Посему больше всего нужно приучаться презирать похвалы, потому что без этого недостаточно одного умения говорить для сохранения в себе этой силы.

Много трудиться, а получать мало похвал — это действительно может изнурить и погрузить в глубокий сон не умеющего презирать похвалы.

Не все равно — бороться или учить, поражать врага словом или исправлять своего ближнего; в последнем случае от меня требуется больше усилий.

Источники текут, хотя бы никто не черпал из них, и родники источают воду, хотя бы никто не брал ее, и реки бегут, хотя бы никто не пил из них, так и проповедник, хотя бы никто не внимал ему, должен исполнять все от него зависящее.

У кого слушатели нерадивы, тот, хотя и сократит беседу, кажется скучным, а у кого слушатели усердны, внимательны и бодры, тот, если и далеко продлит речь, и тогда еще не удовлетворит желанию слушателей.

Человекоубийца умерщвляет одно только тело, а говорящий льстиво и делающий слушателей более беспечными губит душу; тот предает нынешней смерти, а этот... отсылает на бессмертные мучения и наказания.

Напрасная трата денег делает иногда ущерб имению, а слово, произнесенное без рассуждения, разоряет целые дома, губит и разрушает души. Ущерб имения можно опять поправить, а слово, раз вылетевшее, возвратить назад нельзя.

Бог ценит не качество речи, а расположение проповедника и любовь слушателей.

Бросая духовное семя, мы иногда не получаем плодов, по беспечности слушателей, тем не менее в будущем нам уготована награда, потому что мы пускаем в оборот вверенное нам серебро, и исполняем повеленное нам от Господа, а слушатели впоследствии дадут отчет Тому, Кто востребует от них с лихвою данное им.

Лучше слово, нежели даяние (Сир. 18:16). Часто... усердное слово утешает нуждающегося больше, чем подаяние.

Как попутный ветер, устремившись прямо на паруса корабля, двигает судно вперед быстрее стрелы, так и молитва Церкви, обращенная на язык проповедника, увлекает его слово сильнее ветра.

Не нужно держать всегда в напряжении душу слушателей, потому что она скоро изнемогает; не нужно и  давать ей всегда послабление и покой, потому что от этого она становится недеятельною. Нужно разнообразить поучения и касаться предметов, то более общепонятных, то более трудных.

Кто намеревается говорить о предметах любомудрия, тому особенно нужны... слушатели, сокрушенные и смиренные, чуждые гордости и тщеславия.

Превосходнейший способ увещания — отклонять от слабого и приводить к твердому, уничтожать ложное и представлять истинное, обличать вредное и показывать полезное.

Не велик плод красноречивого проповедника, но зрел; тонка струна, но важен звук; не много слов, но драгоценны мысли.

Нельзя, конечно, требовать, чтобы проповедник только однажды пользовался известным изречением, но если необходимо постоянно врачевать рану греха, то необходимо и возвращаться к однажды сказанному.

Не говори: все противятся, все противостоят; твои слова утверждены на истине, а потому взывай свободно.

Мед вещественный доставляет удовольствие только языку и портится, а мед учения о Христе проникает в совесть, доставляя постоянную радость и руководя нас к бессмертию.

Тот, кто сеет <учение> в души послушные и исполненные благочестия, хотя бы бросал скудные семена учения, увидит богатую жатву, потому что мудрость слушателей прикрывает скудость говорящего.

Никто не будь нерадив, никто не будь рассеян, когда священники входят и преподают поучение: за это угрожает немалое наказание.

Как искра, когда коснется дров, зажженное ею делает новым источником огня, и таким образом простирается дальше и дальше, — так и проповедь.

Проповедь расширяется подобно горчичному дереву, превозмогает, подобно закваске, многоценна, как бисер, и доставляет бесчисленные удобства, подобно сокровищу.

Отсюда мы научаемся тому, что надобно не только прилежать к проповеди, отрешившись от всего прочего, но что даже должно это делать с радостью.

Не столь многие приводятся (ко Христу) тогда, когда говорят им о Боге что-нибудь великое и возвышенное, как тогда, когда говорят о благости, человеколюбии Его и о том, что относится ко спасению слушающих.

Долг усердного проповедника, как и заботливого земледельца, — не оставлять своего дела, пока не увидит, что насажденное слово укоренилось.

Для того-то Христос часто и говорил неясно, чтобы побудить слушателей к вопросам и сделать их более внимательными. Ясно сказанное нередко проходит мимо слуха, а неясное делает слушателя внимательнее и усерднее.

Наставники не все говорят так, как бы хотели сами, но как требует состояние немощных.

Приступающие к слушанию божественной проповеди и внимательные к вере должны выказывать расположение жаждущих и возжигать в себе такое же, как у них, желание. Чрез это они будут в состоянии вернее удержать в себе проповедуемое.

Врачи употребляют несколько раз одно и то же лекарство. Так и мы не перестанем одно и то же внушать, об одном и том же напоминать, учить, умолять. Ведь у нас много житейских забот, которые могут приводить нас в забвение, а потому и наставление нам нужно постоянное.

Не бездейственно слово при изъяснении Божественного учения, однако то, что говорится, должно соразмеряться с человеческою способностью, не само по себе имея значение для понимания, но насколько Бог даст.

Обыкновенно не столько внедряются в душу наставления словами, сколько делами, и если ты не имеешь дел, то, разглагольствуя, не только не приносишь пользы, но больше причиняешь вред, лучше бы молчать. Почему? Потому что предлагаешь мне дело невозможное. Если ты, который говоришь так много, рассуждаю я, не исполняешь этого, то тем больше я достоин извинения, который ничего не говорю.

Гораздо больше вреда в том, когда кто, хорошо поучая словами, опровергает свое учение делами. Это стало виною множества зол в церквах.

Если бы какой отец своему слишком нежному и притом больному сыну давал пирожное, прохладительное и все, что только услаждает, а полезного ничего не предлагал, и потом на замечания врачей стал бы говорить в свое оправдание: «Что же делать? Я не могу видеть плачущего сына». Несчастный, жалкий, предатель! — ведь я не назову такого отцом, — не гораздо ли лучше было бы, причинив кратковременную скорбь, возвратить ему совершенное здоровье, нежели временное услаждение сделать причиною всегдашней скорби? То же бывает и с нами, когда мы заботимся о красоте выражений, о составе и благозвучии речи, чтобы доставить удовольствие, а не принести пользу, чтобы возбудить удивление, а не научить, чтобы усладить, а не обличить, чтобы получить рукоплескания и отойти с похвалами, а не исправить нравы.

Успех проповеди зависел не от апостолов, но от благодати, им предшествующей. Их дело было обходить и проповедовать, но убеждение производил Бог, действующий в них.

Говорящие без приготовления часто погрешают, так как ум не в состоянии и рассматривать Писание, и в то же время следить за красотою речи.

Поистине (для благовествования) недостаточно одного человеческого усердия, а нужна высшая сила.

Нужно благоповедение, а не остроумие, — нравственность, а не сила речи, — дела, а не слова: вот что доставляет Царство, дарует действительные блага. Не язык изощряй, но душу очищай. Говорю это не с тем, чтобы запретить образование, но чтобы не привязывались к нему исключительно.

Если ты наставляешь кого-нибудь вере, то говори, что относится к предмету, потом молчи. Если слово твое будет растворено солью, то хотя бы оно попало и в раздражительную душу, произведет в ней нежную привязанность, и хотя бы в жестокую, умягчит ее суровость.

Если пророки, будучи побиваемы камнями, не умолкали, то тем более нам должно переносить неудовольствия и не говорить бесед в угоду вам, чтобы за обольщение вас самим не быть рассеченными.

Как врачи часто бывают принуждены во многом огорчать больных, приготовляя им пищу и лекарства, которые не имеют приятности, хотя приносят великую пользу, или подобно тому, как отцы бывают часто суровы к своим сыновьям, так и учители.

Ничто столько не содействует успеху учения, как то, чтобы любить и быть любимым.

Тот, кто питает себя словом учения, прежде сам извлекает отсюда пользу, потому что, уча других, и себя приводит в умиление.

Бог дает проповедующим благодать не по достоинству творящих, но по нужде слушающих.

Кто имеет дело с людьми невнимательными и не понимающими преподаваемого, тот не может вполне объяснить им учения.

Я и страшусь, и хотел бы молчать, чтобы не увеличить для вас опасности, так как часто слышать и не поступать так — значит оскорблять Владыку. Но боюсь и другой опасности от молчания для меня самого, если бы я, поставленный на служение слову, стал молчать.

Такова благодать Духа: она не заключает во множестве слов мало мыслей, но в кратких словах излагает много великих мыслей.

Всякое слово пребывает крепким и твердым, снабженное защитой от всех дел, а всякая речь легко исчезает, разливаясь из уст в воздухе, лишенная свидетельства от дел.

Мы, учащие, не виновны в том, что не убеждаем слушателей, а отвечаем только за то, если не обращаемся с наставлением, потому что наше дело только увещевать, а повиноваться от них зависит.

Тот, кто говорит внимательным слушателям, находит утешение для себя в повиновении их, но если кто постоянно говорит, и его не слушают, и тем не менее он не перестает говорить, тот достоин большей части, потому что исполняет угодное Богу и свой долг во всей точности... Но хотя нам и больше награды от вашего непослушания, однако, мы лучше желаем, чтобы она уменьшилась, а умножилось ваше спасение, так как мы считаем для себя великой наградой вашу славу.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Ефрем Сирин

Преподобный Ефрем Сирин 

----картинка линии разделения---

Духовное слово может убедить послушных вере

Что холодная вода жаждущему в жар, то слово утешения брату в скорби.

Как иной подает руку падшему и восставляет его, так слово совета и истины восставляет душу ленивую и нерадивую.

Что мед и сот в устах, то ответ брата ближнему, данный с любовью.

Не хвались, величаясь краснословием, но возвещай лучше действенное учение людей простых и не книжных, чтоб стать тебе учеником апостолов Господних, а хвалиться внешнею мудростью запрещено, особливо христианам.

Ухищренно сказанное не для всех вразумительно, особливо же для незнакомых с мирским любомудрием.

Духовное слово может убедить послушных вере даже без пособий грамматики и риторики.

Что пользы, возлюбленный, если, увещевал других, сами делаем противное?

Учи, чтобы самому научиться, и доставишь пользу слушателям.

Слово Христа в слушателей, которые могут его принять, мы влагаем, как закваску, под действием коей они разделяются, но и соединяются; именно отделяются и разлучаются от грубой массы мира, соединяются же со Христом, Который устрояет общение Церкви.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Григорий Синаит

Преподобный Григорий Синаит

Различно бывает устно произносимое к научению других слово

Которые же от своих помыслов говорят, прежде стяжания чистоты, те прельщены духом самомнения. Различно бывает устно произносимое к научению других слово, по различию способов, коими собирается, ибо иное бывает от учения, иное от чтения, иное от деяния, иное от благодати. Но как вода, всюду одинаковая по естеству, претворяется и прелагается в свойственное инде ей особое качество по различию лежащего под нею перстного вещества, так что и на вкус бывает то горька, то сладка, то солона, то кисла, так и слово, произносимое разно, бывает соответственно нравственному строю каждого и разное потому производит действие и неодинаковую приносит пользу.

 

----картинка линии разделения----

 

Блаженный Диадох Фотикийский

Блаженный Диадох Фотикийский 

----картинка линии разделения----

О том, что производит духовное слово

Духовное слово вносит удовлетворительное убеждение в умное чувство, потому что оно (слово) действием любви исходит от Бога. Почему тогда ум наш без труда и тяжести движется в волнах богословствования, не терпя прискорбной и озабочивающей скудости светлых помышлений. В этом состоянии он свободно носится в многообъятных созерцаниях, сколько желает того действо любви. Доброе убо дело есть – для беседы о Боге всегда с верою ожидать воздействуемого любовью умного просвещения, ибо ничего нет скуднее ума, когда он без Бога берется любомудрствовать о Боге.

Когда подобает приступать к беседе о божественных вещах

Как тому, кто не просвещен в духе, не должно касаться духовных созерцаний, так и тому, кто богатно осиявается благодатью Святого Духа, не подобает приступать к беседе о них: ибо там скудость светлых помышлений облекает ум мраком неведения, а здесь обилие их не дает говорить, так как в эту пору душа, упиваясь любовью Божией, желает безмолвно наслаждаться славою Господа, Итак к богоглаголевым словесам, к беседе о Боге надлежит приступать тогда, когда замечается средняя мерность в возбуждении духовном, ибо такая мера доставляет душе некий образ преславных словес (точно и ясно изображающих невидимые духовные предметы), между тем, как в тоже время, вожделенное осияние духовное питает веру говорящего в вере, чтоб учащий первым вкусил от плода ведения, источаемого любовью. Трудящемуся делателю прежде подобает от плода вкусити (2 Тим. 2:6).

Слово духовное не ведет к тщеславию, а слово мiрской мудрости – ведет

Слово духовное хранит душу не тщеславной, ибо, исполняя все части ее ощущением богатства света духовного, делает то, что душа никакой не имеет потребности в чести людской. Почему оно и ум соблюдает всегда не мечтательным, изменяя (погружая) его весь в любовь Божию. Слово же мудрости мiрской всегда позывает человека к славолюбию, потому что оно не имеет возможности дать чувству опытно ощутить благо от себя (которое насыщало бы сердце) и взамен того дарит своим питомцам любовь к похвалам людским, будучи и само изобретением людей тщеславных. Таковое свойство духовного Слова Божия мы и сами не погрешительно познаем, если часы, в которые не имеем нужды говорить, будем проводить в теплой памяти Божией, при беспопечительном молчании.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Максим Исповедник

Преподобный Максим Исповедник

----картинка линии разделения----

Слово духовное… успокаивает страждущий ум

Как блаженный Давид, играя на гуслях, успокаивал давимого злым духом Саула (1Цар.16:23): так всякое слово духовное, сладостное по проникающим его мысленным созерцаниям, успокаивает страждущий эпилепсией ум, освобождая его от давящей его злой совести.

«Чермен с добрыми очами», подобно великому Давиду (1Цар.16:12), есть тот, кто при светлости жизни по Богу, имеет светозарное подобно ей и слово ведения. В таких добрая деятельность сочетается с созерцанием; – и первая блестит разными видами добродетелей, а вторая светит Божественными помышлениями.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Нил Синайский

Преподобный Нил Синайский

----картинка линии разделения----

Ни малой не сделает пользы, кто обращает речь к ушам омертвевшим.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святой Преподобный Феодор Студит

Преподобный Феодор Студит 

----картинка линии разделения----

Слово строгое, не со смущением и страстью, а щадительно и с любовью сказанное, бывает спасительным врачевством.

Для чего говорится поучение?., для того, чтоб вы вникли в говоримое, всею душою прияли силу слова и плод принесли благодатию Христовою.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Никодим Святогорец

Преподобный Никодим Святогорец

----картинка линии разделения----

Остерегайся говорить сурово и высокоточно, ибо то и другое крайне ненавистно и заставляет подозревать, что ты очень суетен и слишком много о себе думаешь.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Священномученик Игнатий (Богоносец)

Священномученик Игнатий (Богоносец

----картинка линии разделения----

Лучше молчать и быть, нежели говорить и не быть. Хорошее дело учить, если тот, кто учит, и творит. Поэтому один только Учитель, Который сказал и исполнилось, и то, что совершил Он в безмолвии, достойно Отца.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Авва Моисей

Авва Моисей

----картинка линии разделения----

По достоинству и усердию слушающих благодать Господня внушает слово говорящим.

 

----картинка линии разделения----

 

Авва Нестерой

----картинка линии разделения----

Не решайся учить кого-либо словами, чего прежде ты не сделал делом

Избегай со всею осторожностью, сколько можешь, чтобы не увлекаться любовью к суетной славе, чтобы ты мог быть участником того, кого восхваляет Пророк, кто серебра своего не отдает в рост (Пс. 14:5). Ибо всякий, кто слова Божии, о которых говорится: слова Господни — слова чистые, серебро очищенное от земли в горниле, семь раз переплавленное (Пс. 11:7), преподает по любви к людской похвале, серебро свое отдает в рост, и за эту похвалу не только не заслужит никакой награды, но еще подвергнется наказанию. Ибо он для того хотел расточать серебро Господне, чтобы от этого получить себе временную награду, а не для того, чтобы Господь, как написано (Лк. 19:23), пришедши, получил Свое с прибылью.

Бездейственным бывает учение о духовных предметах по двум причинам: или от того, что учащий, предлагая то, чего сам не испытал, старается пустым звуком слов научить слушателя, или от того, что слушатель негодный, подвержен порокам, спасительного, святого учения духовного мужа не воспринимает ожесточенным сердцем... Впрочем, по милостивой щедрости нашего раздаятеля Бога, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2:4), иногда допускается и то, что тот, кто укоризненным поведением сделал себя недостойным евангельской проповеди, для спасения многих получает благодать духовного учения.

Прекрасный у тебя дар... говорить сильно. Но путь духовного жития совершается гораздо благоуспешнее деятельностью, нежели красноглаголанием. Посему, если  заботишься о наградах не гибнущих, то, говорить красно признав за маловажное, старайся делать доброе.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Исидор Пилусиотский

Преподобный Исидор Пелусиот

----картинка линии разделения----

Не всякому человеку можно учить, потому что не все носят и багряницу

Слово, произносимое на пользу слышащим, есть слово сильное, по праву называемое словом, и оно богоподобно. Слово же, имеющее последствием одно услаждение и рукоплескание, есть бряцание меди, оглашающей слух громкими звуками. Поэтому, или веди слово свое степенно, предпочитая пышности скромность, или знай, что ты — кимвал, пригодный для народных зрелищ.

У тебя... есть собрание слов, услаждающих слух, но не питающих душу. А твое слово должно быть живо. Кто лишен такого слова, тот кимвал звяцаяй (1 Кор. 13:1). Посему, если присовокупишь и оное, то будешь сладкозвучным органом, благоприятным и Богу, и людям.

Приятно учишь ты в Церкви, но лучше было бы, если бы учил и благодетельно. А теперь уподобляешься человеку, который бросает вверх камни и старается, чтобы камень падал прямо вниз, а тем призывает его на себя самого. Если наше обличение грехов усматривается в нас отрицающими слова делами, то не только слушателям не воспрепятствуем поступать худо, но и себя подвергнем смеху, иному уча, а иное делая.

Не повелено же нам и бисер пометать пред свиниями, т. е. пред погрязшими в страстях и ведущими жизнь скотскую, да не поперут их ногами, лукавыми своими начинаниями, хуля имя Божие, и вращшеся расторгнут вы (Мф. 7:6), ибо сообщение таковым тайн для небрежно сообщающих есть неисправимое расторжение.

Не всякому человеку можно учить, потому что не все носят и багряницу. А если сим не пользуются все, особливо же бедные, которые оскорбили бы величество власти, приводя в уничижение то самое, чем показывалось ее преимущество, то удержись от речей неприличных Церкви, которые не доставляют пользы слушателям, но подвергают оскорблению нашу веру, и неприязненных нам еретиков, не против тебя и не к твоему склоняют обвинению, но возбуждают к поруганию благочестия, потому что не на твое невежество обращают они внимание, но смеются над его бессилием.

Много таких, которые наскучивают словами, но мало таких, которые бы наставляли делами и которым наипаче надлежало бы священствовать.

Достоин похвал... не тот, кто искусством и силою слова затрудняет уразумение истины, но кто излагает ее безыскусственно.

Божественной проповеди угрожает опасность, что поколеблют ее те самые, которые, по-видимому, защищают ее, потому что многие, делая противное тому, что говорят, заставили не иначе слушать речи их, как басни. Посему, размыслив об угрожающей опасности, надлежит им поступать во всем так, чтобы не изведать сего на опыте.

Надлежит знать... то, что все обращают внимание не на то, что говорим, а на то, что делаем, и поэтому произносят приговор, и если не явно, то в сердце решают полновластно. Итак, надобно иметь нам и жизнь, сопутствующую слову, и правила жизни, согласные с учением, чтобы, преодолевая словами, не быть побежденными в делах.

Любомудрствовать на словах легко, а на деле трудно. Почему одно не поражает слушателей, а другое трогает; одно возбуждает смех, а другое пробуждает беспечность; одно оканчивается укоризною, а другое похвалами; одно возмущает, а другое пристыжает слушателей. Посему должно не говорить только о том, что надлежит делать, но и исполнять это, иначе подвергаемся укоризне и будем подлежать ответственности.

Четыре... различные вещи приводят ум в состояние говорить: или сверхъестественная благодать свыше и блаженство; или чисто та, происходящая от подвигов по Богу и могущая привести душу в первоначальную красоту ее; или усвоение земной учености, приобретаемое через обучение человеческое и старание о внешней мудрости; или проклятое сатанинское обольщение, происходящее от гордости и лукавства демонского и составляющее извращение естества.

Быть хорошо побежденными лучше, нежели худо победить…

Охотно приступать к Божественной проповеди... две причины убеждали людей: удовлетворительность слова и образ жизни проповедников: потому что и то и другое, и достоверность слова, и жизнь, ручающаяся за слово, одно другому придавали силу и крепость, Не иное проповедовали, а иное делали (за сие подверглись бы осмеянию, как некоторые из нынешних...), ведя же жизнь согласную со еловом, покоряли тем людей. Посему и Христос, зная, что слово, не сопрягаемое с деятельностью, немощно и недействительно, одушевляемое же деятельностью — живо, сильно и действенно, — всякой добродетели и любомудрию обучив апостолов делами, и наставив словом, и украсив божественными дарованиями, потом уже послал их на уловление человеков. Ибо во всей точности знал, что нравственность проповедников не меньше чудес возможет привлекать людей. Так, рассеявшись по вселенной, подобно крылатым земледелателям, посевая слово благочестия, благоустроив нрав свой по наставлению Учителя, и ведя жизнь не только неукоризненную, но даже чудную, препобедили всю подсолнечную. И ни мудрость, ни могущество, ни богатство, ни царская власть, ни самоуправство, ни варварская свирепость, ни полчище демонов, ни сам диавол, ни голод, ни стремнины, ни узилища, ни иное что, признаваемое страшным и действительно страшное, не превозмогло их, напротив того, все уступали, и давали им место, и быть побежденными почитали для себя славнее всякой победы и победных памятников, ибо, укрепившись в той мысли, что быть хорошо побежденными лучше, нежели худо победить, соделались небожителями.

Превосходного образования не срами грубостью сердца, но присоединяй к хорошим дарованиям и доброе сердце, и к силе слова — кротость нравов, чтобы тем и другим соделаться славным.

Премудр в слове... кто может мысль свою изложить ясно, а не кто затемняет ясность великомудрыми и высокими речениями. Один издавал на свет сокровенное, а другой и явное для всех скрывает во тьме. Почему один, как желающий пользы слушателей, достоин многих похвал, а другой, как домогающийся собственной своей славы, не стоит награды.

Истинную краткость, соединенную с ясностью, составляет не опущение доказательств, но исключение нимало не содействующего предположенной цели. Как излишнее дело вставлять не относящееся к главной мысли, так необходимо не оставлять чего-либо входящего в состав ее. Посему и ты, если встретится слово, в котором решаются возражения и излагаются доказательства, обращай внимание не на длину слова, а на то, что вопрос не мог и уяснен быть иначе, если бы слово не употребило длинных пояснений. Если предполагается изложить только мысль, то слово пусть будет кратко. Но если требуется и доказать, то необходимо слову, как растянуться в длину, так избегать всякого излишества и тождесловия.

Всякое искусство упражнением в оном усиливается и расширяется, а от праздности гибнет, наипаче же дар слова, если за ним ухаживать и орошать его, делается наиболее сильным, а если не прилагать о нем попечения, легко проходит и улетает.

Говорить должно о том, что достойно слышания, и слушающих поощряет к соблюдению правды и к целомудрию.

Кажется, как говорят иные, чужими украшаешься ты трудами, от других собираешь плоды пота, но хотя они винят тебя в этом, а я с удовольствием хвалю тебя за это. Ибо гораздо лучше иметь во устах, хотя и чужие писания, нежели быть праздным, лениться и празднословить.

У лакедемонян <спартанцев>, справедливо определявших, что слова суть тени дел, живущему срамно, не позволялось выговорить доброй мысли.

Слово не тогда достойно удивления, когда течет обильно и льется не ко времени, но когда, будучи не длинно и непродолжительно, богато же мыслями, при краткости имеет всю полноту, наипаче же одушевленное благовременностью, оказывается более оживленным.

Совершенства речи — истина, краткость, ясность, благовременность, недостатки же — ложь, многословие, неясность и неприличие времени. Ибо, что пользы, если истинна, но не кратка, утомляет же слушателей, или кратка, но не ясна, или и ясна, но произносится некстати? Если же имеет все совершенства, то будет сильна, поразительна, одушевлена, покоряя слушателей истиною, преоборая краткостью, уловляя ясностью и увенчиваясь благовременностью.

Не словами... надлежит очаровывать слушателей, но деятельностью руководить зрителей.

Всякое слово, когда не исполнено на деле, не только кажется напрасным и пустым, но обращается в укоризну, особливо, если произнесено проповедником. Чем с большею готовностью стараются воспользоваться им, тем более все не доверяют ему, даже почитают его поводом к смеху. Посему должно наипаче сперва делать, а потом говорить, если же не угодно делать, то и не говорить.

У премудрости божественной речь идет наравне с землею, а мысль небошественна; у мудрости же внешней образ выражения блестящий, а дело пресмыкается по земле... Красноречие может быть орудием премирной мудрости, если будет ей служить, как тело душе или как лира играющему на лире, не внося от себя ничего нового, но истолковывая ее небошественные мысли. Если же извращает оно порядок и, когда должно быть в рабстве, почтет для себя возможным управлять, лучше же сказать, самовластвовать, то по справедливости будет осуждено на изгнание.

Если сказать больше необходимого — не дело мужа, то написать больше необходимого — будет делом женским.

Поэтому, говорим ли, пишем ли, будем уважать соразмерность.

Если жизнь препобеждает слово, и сердце — язык, то должно образовать сперва сердце, а потом язык.

Кто при своем незнании берется учить, тот, будучи одержим крайним невежеством, не способен будет и учиться, потому что в нем не даст сему места мысль о своем знании.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Святитель Игнатий (Брянчанинов) 

----картинка линии разделения----

Ныне более, нежели когда-либо, настоит крайняя нужда в основательной проповеди и изучении христианства. Но теоретическое изучение требует, чтобы... ему сопутствовало... учение деятельное.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святитель Феофан Затворник

Святитель Феофан Затворник

----картинка линии разделения----

Особенно молитесь, приступая к слову... и во время ведения речи... Ибо слово от сердца с Божиим благословением не может быть бесплодно. Многоученая речь скорее затемняет, чем просветляет.

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru