СМИРЕНИЕ СЕРДЦА

 ----картинка линии разделения----

 

Если в человеке не будет крайнего смирения всем сердцем, всем умом, всем духом, всею душою и телом – то он Царствия Божия не наследит. 

Святой Антоний Великий

 

----картинка линии разделения----

 

Иисус Христос (Спаситель)

Иисус Христос (Спаситель)

----картинка линии разделения----

Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11:29). 

 

 ----картинка линии разделения----

                        

Святой Антоний Великий

Святой Антоний Великий

----картинка линии разделения----  

Если в человеке не будет крайнего смирения – смирения всем сердцем, всем умом, всем духом, всею душою и телом – то он Царствия Божия не наследит.


----картинка линии разделения----

 

Преподобный Исаак Сирин

Преподобный Исаак Сирин

----картинка линии разделения----

Сми­рени­е сер­дца от люб­ви к Бо­гу, что яв­ля­ет­ся причиной слез, из­ли­ва­ющих ус­ла­дитель­ное уте­шение в сер­дце

От трех при­чин про­ис­хо­дит по­ток неп­рекра­ща­ющих­ся слез у че­лове­ка. Во-пер­вых, от изум­ле­ния ис­полнен­ны­ми тайн проз­ре­ни­ями, ко­торые на вся­кий миг от­кры­ва­ют­ся уму, сле­зы ль­ют­ся в изо­билии без во­ли че­лове­ка и без при­нуж­де­ния: в проз­ре­ния эти вгля­дыва­ет­ся он ви­дени­ем ума, ког­да ох­ва­тыва­ет его вос­хи­щение поз­на­ни­ем тех пред­ме­тов, ко­торые ду­хов­но от­кры­ва­ют­ся уму в проз­ре­ни­ях. И сле­зы те тог­да те­кут са­ми по се­бе, и не ус­та­ет че­ловек от си­лы нас­лажде­ния, ох­ва­тыва­юще­го ум, ко­торый пре­быва­ет в та­ком ви­дении. Эти ве­щи, то есть та­инс­твен­ные и ду­хов­ные проз­ре­ния, От­цы на­зыва­ли об­ра­зом ман­ны, ко­торую вку­шали ча­да Из­ра­иля, и пи­ти­ем из кам­ня, ко­торый есть Хрис­тос. 

Или, во-вто­рых, сле­зы мо­гут про­ис­хо­дить от люб­ви к Бо­гу, ко­торая вос­пла­меня­ет ду­шу, и не мо­жет че­ловек вы­носить эту лю­бовь без пос­то­ян­но­го пла­ча, про­ис­хо­дяще­го от сла­дос­ти ее и нас­лажде­ния ею.

Или, в-треть­их, сле­зы мо­гут про­ис­хо­дить от ве­лико­го сми­рения сер­дца. Сми­рение сер­дца бы­ва­ет у че­лове­ка по двум при­чинам: или от ос­тро­го соз­на­ния гре­хов сво­их, или от вос­по­мина­ния о сми­рении Гос­по­да на­шего, ско­рее же, от вос­по­мина­ния о ве­личии Бо­жи­ем - до ка­кой сте­пени уни­зило се­бя это ве­личие Гос­по­да всех, так что раз­личны­ми спо­соба­ми го­ворил Он с людь­ми и уве­щевал их, уни­зило се­бя до то­го, что Он да­же вос­при­нял от них те­ло - и о том, сколь­ко пе­ренес Гос­подь наш, и че­рез что прош­ло те­ло Его, и ка­ким през­ренным явил­ся Он ми­ру, тог­да как Он всег­да об­ла­дал не­из­ре­чен­ной сла­вой с Бо­гом От­цом. Ан­ге­лы тре­пещут от ви­дения Его и от сла­вы ли­ца Его, си­яющей сре­ди их чи­нов! Но нам был Он ви­дим в та­ком об­ра­зе сми­рения, что из-за обыч­ности ви­да Его схва­тили Его, ког­да го­ворил Он с ни­ми, и по­веси­ли Его на дре­ве. 

Итак, кто не об­ла­да­ет по­током слез, тот ли­шен не толь­ко слез, но и при­чин слез, и нет в нем кор­ней, по­рож­да­ющих их. Дру­гими сло­вами, вку­са люб­ви Бо­жи­ей ни­ког­да не ощу­щал он, мысль о бо­жес­твен­ных тай­нах ни­ког­да не воз­бужда­лась в нем бла­года­ря пос­то­ян­но­му пре­быва­нию с Бо­гом, нет у не­го и сми­рения сер­дца, хо­тя он и во­об­ра­жа­ет, что об­ла­да­ет сми­рени­ем. Не при­води мне в при­мер тех, что сми­рен­ны по ес­тес­тву: дес­кать, мно­го та­ких, у ко­го са­мо ес­тес­тво сви­детель­ству­ет, что они сми­рен­ны, и, однако, у них нет слез. Итак, не го­вори о ес­тес­тве, ибо у этих лю­дей угас­шие и не­мощ­ные чувс­тва, в ко­торых умер­ли жар и го­рение. Не об­ла­да­ют они этим про­ница­тель­ным сми­рени­ем че­лове­ка, у ко­торо­го сми­рен­ные по­мыс­лы, вни­матель­ная и про­ница­тель­ная мысль, соз­на­ние собс­твен­но­го нич­то­жес­тва, сок­ру­шен­ное сер­дце и по­ток слез, про­ис­хо­дящий от стра­дания со­вес­ти и про­ница­тель­нос­ти во­ли. Ес­ли хо­чешь, спро­си их са­мих. Ибо нет у них ни­чего из это­го: раз­ве име­ют они сок­ру­шен­ное раз­мышле­ние, раз­ве вни­ма­ют го­лосу со­вес­ти? Нет у них раз­мышле­ния и па­мято­вания о сми­рении Спа­сите­ля на­шего, нет ос­трой бо­ли, прон­за­ющей их от соз­на­ния собс­твен­ных гре­хов; нет в них го­рения и жа­ра, вос­пла­меня­юще­го сер­дце их к па­мято­ванию о гря­дущих бла­гах; не име­ют они и про­чих по­лез­ных по­мыс­лов, ко­торые бла­года­ря трез­ве­нию ра­зума обыч­но воз­бужда­ют­ся в сер­дце. А ина­че и тех груд­ных мла­ден­цев, ко­торые жи­вут в ми­ре сем, ни о чем не по­мыш­ляя, дол­жен ты по­мес­тить на один уро­вень со сми­рен­ны­ми! Ес­ли, од­на­ко, счи­та­ешь ты спо­кой­ных и крот­ких по ес­тес­тву сто­ящи­ми на том же уров­не, что и сми­рен­ные бла­года­ря зна­нию и во­ле сво­ей, тог­да так­же и ев­ну­хов, ко­торые от чре­ва ма­тери яв­ля­ют­ся та­ковы­ми, дол­жен ты на­зывать девс­твен­ни­ками и при­чис­лить их к ли­ку девс­твен­ни­ков и свя­тых, хо­тя не их собс­твен­ная во­ля вос­пре­пятс­тво­вала им всту­пить в брак и зас­та­вила соб­лю­дать девс­тво, но ес­тес­тво. Точ­но так же об­сто­ит де­ло с те­ми, кто по ес­тес­тву мя­гок и сми­ренен: ес­тес­тво уме­рило их по­буж­де­ния, а не си­ла во­ли. 

Эти лю­ди ни­ко­им об­ра­зом не вку­сили и не ощу­тили сла­дость да­ров и уте­шений, ко­торые вку­ша­ют те, что сми­рен­ны ра­ди Гос­по­да на­шего. А по­тому не по­луча­ют они и див­но­го да­ра неп­рестан­ных и уте­шитель­ных слез - тех, ко­торые вос­при­нима­ют­ся От­ца­ми как про­об­раз зем­ли обе­тован­ной. "Вой­дя ту­да, ты уже не ус­тра­шишь­ся бо­рений". Ибо уте­шение обе­щано сок­ру­шен­ным сер­дцам. Тем же, у ко­го нет на­деж­ды на это, ког­да они пла­чут, и уте­шение не бу­дет пос­ла­но; и те, кто, не жаж­дет и не то­мит­ся, не уто­лят жаж­ду ду­хов­ным пи­ти­ем. Ес­ли, од­на­ко, по­мимо то­го, чем об­ла­да­ют они по ес­тес­тву, у них есть так­же рас­су­дитель­ность во­ли, тог­да уб­ла­жай по­доб­ных лю­дей, ибо удос­то­ились они то­го, что­бы бла­гому рас­по­ложе­нию во­ли сво­ей об­рести со­юз­ни­ка в ес­тес­тве, так что без борь­бы пре­ус­пе­ва­ют они в доб­ро­дете­ли. Вот по­чему они то­же по­луча­ют уте­шение, про­ис­хо­дящее от доб­рой во­ли. Но ес­ли это яв­ля­ет­ся лишь ес­тес­твен­ным да­рова­ни­ем, тог­да не за­видуй та­ким лю­дям боль­ше, чем ты вос­хва­лял бы и уб­ла­жал бес­сло­вес­ных. 

Итак, ес­ли не об­ла­да­ешь ты сми­рени­ем сер­дца или слад­ким и жгу­чим стра­дани­ем от люб­ви к Бо­гу, что яв­ля­ет­ся кор­ня­ми слез, из­ли­ва­ющих ус­ла­дитель­ное уте­шение в сер­дце, - тог­да не при­бегай к то­му, что­бы в ущер­бнос­ти ес­тес­тва ис­кать оп­равда­ния, или в том, что есть лю­ди, у ко­го сер­дце по ес­тес­тву вя­лое и у ко­го пов­режде­ны внут­ренние чле­ны, при­водя­щие в дви­жение здо­ровую си­лу ра­зуме­ния в ду­ше. Не ис­поль­зуй это в ка­чес­тве из­ви­нения в том, что не чувс­тву­ешь ты да­же ма­лого стра­дания о сво­их не­дос­татках. О тех же, кто на­ряду с ес­тес­твен­ной прос­то­той и спо­кой­стви­ем об­ла­да­ет све­тонос­ны­ми и рас­су­дитель­ны­ми дви­жени­ями, из­вес­тно, что они име­ют так­же и сле­зы. Ибо где есть сми­рение сер­дца с рас­су­дитель­ностью, там не­воз­можно че­лове­ку удер­жи­вать се­бя от пла­ча, да­же ес­ли не хо­чет он пла­кать - ибо воп­ре­ки во­ле его сер­дце его пос­то­ян­но обу­рева­ет­ся по­током пла­ча по при­чине жгу­чего не­удер­жи­мого стра­дания и сок­ру­шения сер­дечно­го. 

Эти три при­чины слез че­ловек при­об­ре­та­ет из без­молвия: будь то лю­бовь к Бо­гу, или изум­ле­ние тай­на­ми Его, или сми­рение сер­дца. Нет стра­дания бо­лее жгу­чего, чем лю­бовь к Бо­гу. Гос­по­ди, удос­той ме­ня ис­пить из это­го ис­точни­ка! Итак, кто не об­ла­да­ет без­молви­ем, тот ни од­но­го из этих благ не зна­ет, да­же ес­ли у не­го мно­жес­тво доб­ро­дете­лей. Не мо­жет он знать, что есть лю­бовь к Бо­гу, а ду­хов­но­го зна­ния или ис­тинно­го сми­рения сер­дца ни­ког­да не стя­жать ему. Вся­кий, кто не зна­ет эти три доб­ро­дете­ли, или, вер­нее, эти слав­ные да­рова­ния, удив­ля­ет­ся, ког­да слы­шит о лю­дях, ко­торые об­ла­да­ют неп­рестан­ным пла­чем, ибо он во­об­ра­жа­ет, что по сво­ей собс­твен­ной во­ле пла­чут они или что они при­нуж­да­ют се­бя к это­му. По­это­му не­веро­ят­ным ему ка­жет­ся та­кое.

 

----картинка линии разделения----

 

Преподобный Никодим Святогорец

Преподобный Никодим Святогорец

----картинка линии разделения----

О духовном мире сердца 

Сердце твое, возлюбленный, создано Богом для того одного, чтоб оно любило Его единого и служило Ему обителью. Посему Он взывает к тебе, чтобы ты предал Ему свое сердце, говоря: сыне, даждь Ми сердце (Притч. 23:26). Но как Бог есть мир, превосходящий всякий ум, то всячески необходимо, чтоб сердце, хотящее приять Его в себя, было мирно и свободно от всякого смятения, ибо только в мире место Его, как поет святой Давид (Пс. 75:3). Попекись же паче всего установить сердце свое в мирном устроении так, чтобы все твои добродетели, все делания и подвиги были направлены к стяжанию сего мира, наипаче же твои доблестные дела борьбы с врагами твоего спасения, как сказал великий безмолвник Арсений: "Все твое попечение обрати на то, чтоб внутреннее твое устроение было по Богу, и победишь внешние страсти".

Мир сердца возмущают страсти, не допускай страстей до сердца, и оно всегда будет мирно. Борец в невидимой брани стоит во всеоружии у врат сердца и отражает покушающихся войти в него и возмутить его. И пока мирно сердце, победа над нападающими не затруднительна. Мир сердца – и цель брани духовной, и самое мощное средство для одержания победы в ней. Посему когда страстное смятение прокрадется в сердце, не бросайся на страсть, чтоб побороть ее, а сойди поскорее в сердце и напрягись умирить его. Как только умирится сердце, и борьбе конец.

Жизнь человека не что иное есть, как непрерывная брань и непрестанное искушение, как сказал Иов: не искушение ли житие человеку на земли (Иов. 7:1)? Искушение вызывает борьбу – и вот брань. По причине сей-то брани должно тебе всегда бодрствовать и всяким хранением блюсти сердце твое, и надзирать над ним, чтоб оно было мирно и упокоено. Когда подымется в душе твоей какое-либо смутительное движение, восстань с ревностью на подавление его и умиротворение сердца, чтоб не уклониться тебе с правой стези под действием сего смятения. Ибо сердце человеческое похоже на гирю часовую и на руль корабельный. Облегчи или утяжели гирю, тотчас изменится движение всех колес часовых и стрелки часов перестанут быть верными указателями времени. Подвинь направо или налево руль, тотчас изменится движение корабля, и он сойдет с того направления, которого держался прежде. Так, когда сердце приходит в смятение, все внутреннее наше приходит в беспорядочное движение и самый ум теряет правость умствования своего. Вот почему необходимо поскорее умирять сердце, как только оно смутится чем-либо, внутренним или внешним, во время ли молитвы или во всякое другое время.

И ведай, что тогда только будешь ты уметь хорошо молиться, когда научишься добре действовать в подвиге сохранения внутреннего мира своего. Сюда и направляй внимание, обдумывая, как достигнуть, чтобы каждое дело твое делалось в мире сердца с удовольствием и радостью. Кратко скажу, что непрестанным подвигом всей жизни твоей должно быть хранение мира сердца твоего, не допуская его приходить в какое-либо беспорядочное смятение и все дела свои делая под сенью сего мира тихонравно как написано: Чадо, в кротости (тихости), дела твоя препровождай (Сир. 3:17), да сподобишься обещаемого тихонравным блаженства: блажени кротцыи, яко тии наследят землю. (Мф. 5:5)

О способах к хранению мира внутреннего

Для сохранения внутреннего мира:

1) Прежде всего, держи в порядке свои внешние чувства и бегай вольности во внешнем своем поведении, именно: не смотри, не говори, не махай руками, не шагай и ничего другого не делай как-нибудь смятенно, но всегда благочинно и тихо. Привыкши держать себя с благочинною тихостью во внешних своих движениях и делах, легко и без труда достигнешь того, чтоб мирствовать в себе самом в своем сердце, ибо, по свидетельству отцов, внутренний человек настроение свое приемлет от внешнего.

2) Расположись любить всех людей и со всеми жить в согласии, как заповедует св. Павел: Аще возможно, еже от вас, со всеми человеки мир имейте (Рим. 12:18).

3) Храни совесть свою незапятнанною, чтобы она ни в чем не обличала тебя и ни за что не грызла, но была мирна и в отношении к Богу, и в отношении к тебе самому, и в отношении к ближним, и в отношении ко всем внешним вещам. Такое хранение совести и рождает, и углубляет, и множит мир внутренний, как уверяет св. Давид: мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна (Пс. 118:165).

4) Навыкай без смущения сносить всякие неприятности и оскорбления.

То правда, что прежде чем приобретешь такой навык, много придется тебе помучиться и пострадать сердцем, по неопытности в управлении себя в таких случаях, зато, когда приобретешь его, душа твоя начнет почерпать великое утешение из самих встречающихся неприятностей. При решимости день ото дня все лучше и лучше будешь ты управляться с собой и скоро дойдешь до того, что будешь уметь в мире хранить дух свой, при всех бурностях со вне и внутри.

Если случится иной раз, что ты не сможешь управиться с сердцем своим и, отгнав тугу и скорбь, водворить мир в нем, прибегни к молитве и поприлежи ей, подражая Господу Спасителю, Который в саду Гефсиманском три раза помолился, чтоб дать тебе пример, что во всякой скорби и туге сердечной прибежищем должно иметь тебе молитву и что, как бы ты ни был опечален и омалодушен, не следует тебе отступать от нее, пока не дойдешь до того, что воля твоя совершенно согласится с волею Божиею и сердце твое, умиротворившись тем, исполнится мужественного дерзновения с радостью встретить, принять и перенести то, чего пред сим страшилось и желало избегнуть, как и Господь ужасался, тужил и прискорбен был, по молитве же, умиротворившись, спокойно сказал: Востаните, идем: се приближися предаяй Мя (Мф. 26:46).

Мало-помалу установляется мир в сердце

Имей постоянную заботу о том, чтоб не допускать сердца своего до смущения и тревог, но всячески напрягайся держать его в мирном и покойном настроении. И Бог, видя, как ты о сем трудишься и подвизаешься, благодатию Своею устроит в душе твоей град мира, и сердце твое сделается тогда домом утешения, как это иносказательно разумеется в следующем изречении псаломском: Иерусалим, зиждемый яко град (Пс. 121:3). Того только желает от тебя Бог, чтоб ты всякий раз, как случится тебе встревожиться чем, тотчас восстановлял в себе мир и мирствовал таким образом во всех делах своих и занятиях. Ведай, что имеешь для сего потребу в терпении. Ибо, как не в один день устрояется город, так не думай в один день стяжать и внутренний мир. Ибо и это не что иное есть, как устроение дома для Бога мира и скинии для Всевышнего, да будешь храмом для Него. Ведай также, что Сам Бог есть и устроитель в тебе сего дома, и без Него тщетен будет всякий о сем труд твой, как написано: Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущии (Пс. 126:1). Ведай и еще, что главное основание сего сердечного мира есть смирение и то, чтоб избегать дел, занятий и начинаний тревожных и хлопотливых. Что касается до первого, то кому не известно, что смирение, мир сердечный и кротость так тесно соединены между собой, что где есть одно, там есть и другое; кто тих сердцем и кроток, тот и смирен, и наоборот, кто смирен сердцем, тот кроток и мирен. Почему и Господь поставил их в неразрывном союзе, когда сказал: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11:29). Относительно же второго видим прообраз в древней истории, именно в том, что Бог хотел, чтобы дом для Него построил не Давид, которому всю почти жизнь пришлось вести брани и быть в тревогах, а сын его Соломон, который, по имени своему, был царем мирным и ни с кем не вел браней.

Для мира сердца надо убегать почестей и любить смирение и нищету

Итак, брате мой, если любишь мир сердца, потщись войти в него дверью смирения, другого входа в него, кроме смирения, нет. Для стяжания же смирения понудь себя и напрягись принять в любительные объятия свои всякие неудовольствия и прискорбности, как сестер родных, и всячески убегать славы и почестей, желая паче быть от всякого уничижаемым и незнаемым и ни от кого не получать попечения и утешения, кроме единого Бога. Утверди в сердце своем, убедясь в благотворности его, такой помысл, что Бог есть единое благо твое и единое убежище, а все другие вещи суть для тебя тернии, которые, если вложишь их в сердце свое, причинят тебе вред смертоносный. Если же случится тебе потерпеть от кого посрамление, не печалься о том, но перенеси то с радостью, держа уверенность, что тогда Бог с тобой. И не желай другой чести и не ищи ничего другого, как страдать за любовь к Богу и за то, что служит к наибольшей для Него славе.

Понудь себя и понасиль радоваться, когда кто скажет тебе оскорбительное слово или осудит тебя, или презрение тебе покажет. Потому что под таким поношением и бесчестием сокрыто великое сокровище, и если ты благоохотно примешь их, то скоро очень окажешься богатым духовно, о чем знать не будет даже и тот, кто сделал тебе такое благодеяние, т. е. тот, кто нанесет тебе бесчестие. Не ищи никогда, чтоб тебя любил кто в этой жизни и почитал тебя, чтоб тебе свободнее было сострадать Христу распятому, ни от кого и ни от чего не встречая в том препятствия. Берегись себя самого, как злейшего какого врага своего, и не следуй воле своей, ни уму своему, ни своему вкусу и чувству, если не хочешь потеряться. Потому держи всегда наготове орудия против себя самого, и когда хотение твое склонится на что-нибудь, хотя бы святое, положи его одно, обнаженное от всего стороннего, пред Богом твоим с глубочайшим смирением, умоляя Его, да будет в этом Его, а не твоя воля, и сделай это с искренно-сердечным преданием себя в волю Божию, без всякой примеси самолюбия, зная, что сам в себе ты ничего не имеешь и сам по себе ничего сделать не можешь в деле твоего спасения.

Блюди себя от помыслов, которые представляются святыми и разжигают неразумную по ним ревность, о которых иносказательно говорит Господь: Внемлите от лживых пророк, иже приходят к вам в одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы. От плод их познаете их. (Мф. 7:15,16) Плод же есть томление и крушение духа. Ведай, что все, что удаляет тебя от смирения и от внутреннего мира и спокойствия, под каким бы то красным видом ни представлялось, все это – лживые пророки, которые, прикрываясь овчею одеждой, т. е. лицемерною ревностью облагодетельствовать ближнего безразборно, суть воистину волки хищные, похищающие у тебя смирение, мир и спокойствие, столь необходимые для всякого, кто желает прочно успевать в духовной жизни. И чем более какое дело по видимости представляется окрашенным святостью, тем строжайшему должно оно быть подвергнуто тобой исследованию, без задора, однако ж, и тревожности. Если случится иной раз впасть при этом в ошибку, не поддавайся малодушию, но смирись пред Богом и, осознав немощь свою, возьми из сего урок на будущее время. Ибо, может быть, Бог попустил это, чтоб смирить в тебе какую-либо черту гордыни, сокрытой в тебе и тебе самому неведомой.

Когда почувствуешь, что душа твоя уязвляется каким-либо шипом ядовитого терния, т. е. страстью или помыслом страстным, не приходи от этого в смятение, но усугубь внимание и напрягись не допустить их до сердца, став против них лицом с сопротивлением им и сердце держа за собой недосязаемым для них и чистым пред Богом, Которого, таким образом, ты всегда будешь иметь сущим внутрь себя, в глубине твоего сердца, ради чистоты настроения его. В то же время осеняй свое внутреннее убеждением, что все бывающее с тобой и в тебе бывает для испытания тебя и обучения, чтоб ты научился, наконец, верно распознавать, что спасительно для тебя, и, следуя тому, сподобился получить венец правды, уготованный тебе благостию Божиею.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Святитель Игнатий (Брянчанинов) 

----картинка линии разделения----

Мир Христов снизойдет в твое сердце

С благоговейной покорностью воздай славословие суду Божию и оправдай орудия, избранные Богом для твоего наказания.

Святой мир входит в сердца... за словами смирения! Он приносит чашу духовного утешения и к одру болящего, и в темницу к заключенному в ней, и к гонимому человеками, и к гонимому бесами.

Сердце тогда только может наслаждаться блаженным миром, когда оно пребывает в Евангельских заповедях, когда пребывает в них с самоотвержением.

Тогда только можно найти священный покой, когда мысль и сердце погрузятся в смирение Христово и Его кротость, научившись им из Евангелия.

Мир Христов есть некоторый тонкий духовный хлад. Когда он разольется в душе, — она пребывает в высоком молчании, в священной мертвости.

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com