ВОЗРАСТАНИЕ ДУХОВНОЕ 

 ----картинка линии разделения----

 

Три есть степени в преуспевающих в восхождении к совершенству: очистительная, просветительная и таинственная или совершительная...

Преподобный Никита Стифат

 

---картинка линии разделения текста---

 

Иисус Христос (Спаситель)

Иисус Христос (Спаситель) 

----картинка линии разделения----

Просите, и дано будет вам... стучите, и отворят вам

Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встает ночью и днем; и как семя всходит и растет, не знает он, ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. Когда же созреет плод, немедленно посылает серп, потому что настала жатва (Мк.4:26-29). 

Просите, и дано будет вам, ищите, и найдете; стучите, и отворят вам, ибо всякий просящий получает, и  ищущий находит, и стучащему отворят...  (Мф.7:7,8).

 

---картинка линии разделения текста---

 

Апостол Павел

Апостол Павел 

---картинка линии разделения---

Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия

Но скажет кто-нибудь: «как воскреснут мертвые? и в каком теле придут?» Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживет, если не умрет. И когда ты сеешь, то сеешь не тело будущее, а голое зерно, какое случится, пшеничное или другое какое, но Бог дает ему тело, как хочет, и каждому семени свое тело. Не всякая плоть такая же плоть; но иная плоть у человеков, иная плоть у скотов, иная у рыб, иная у птиц. Есть тела небесные и тела земные; но иная слава небесных, иная земных. Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе. 

Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении, сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе; сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и духовное. Так и написано: «первый человек Адам стал душею живущею»; а последний Адам есть дух животворящий. Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное. Первый человек — из земли, перстный; второй человек — Господь с неба. Каков перстный, таковы и перстные, и каков небесный, таковы и небесные. И как мы носили образ перстного, будем носить и образ небесного. Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления (1Кор.15:35:50).

 

---картинка линии разделения текста---

 

 Святой Исаак Сирин

 Преподобный Исаак Сирин 

---картинка линии разделения---

О том, как по возбуждающимся в человеке помыслам узнавать, на какой степени стоит он

Человек, пока в нерадении, боится часа смертного, а когда приблизится к Богу, боится сретения Суда, когда же всецело поступит в предняя, тогда любовию поглощается тот и другой страх. Почему же это? Потому что когда остается кто в ведении и житии телесном, ужасается он смерти, когда же бывает в ведении духовном и в житии добром, тогда ум его всякий час занят памятованием будущего Суда, так как право стоит он по самому естеству, движется в душевном чине, занимается своим ведением и житием и благоустроен для того, чтобы приближаться к Богу. Но когда достигнет оного ведения истины, по возбуждении в нем ощущения таин Божиих и по утверждении надежды будущего, тогда любовию поглощается и оный телесный человек, подобно животному боящийся заклания, и человек разумный, боящийся Суда Божия, соделавшийся же сыном украшается любовию, а не устрашающим вразумляется жезлом. ...Аз же и дом отца моего служити будем Господеви (Нав.24:15).

Кто достиг в любовь Божию, тот не желает уже снова пребывать здесь, потому что любовь уничтожает страх. И я, возлюбленные, поелику вдался в юродство, то не могу сохранить тайну в молчании, но делаюсь несмысленным для пользы братии, потому что такова истинная любовь: она не может содержать что-либо втайне от возлюбленных своих. Когда писал я это, персты мои неоднократно не успевали следовать по хартии, и не мог я сохранять терпения от удовольствия, вторгавшегося в сердце мое и заставлявшего умолкнуть чувства. Впрочем, блажен, у кого помышление всегда о Боге, кто удержался от всего мирского и с Ним одним пребывал в беседе ведения своего. И если достанет у него терпения, то недолго замедлит увидеть плод.

Радость о Боге крепче здешней жизни, и кто обрел ее, тот не только не посмотрит на страдания, но даже не обратит взора на жизнь свою, и не будет там иного чувства, если действительно была сия радость. Любовь сладостнее жизни, и разумение по Богу, от которого рождается любовь, еще сладостнее, паче меда и сота. Любви не печаль принять тяжкую смерть за любящих. Любовь есть порождение ведения, а ведение есть порождение душевного здравия, здравие же душевное есть сила, происшедшая от продолжительного терпения.

 

Вопрос. Что такое ведение?

Ответ. Ощущение бессмертной жизни.

 

Вопрос. Что такое бессмертная жизнь?

Ответ. Ощущение в Боге, потому что любовь от разумения, а ведение по Богу есть царь всех пожеланий, и сердцу, приемлющему оное, всякая сладость на земле излишня. Ибо нет ничего подобного сладости Богопознания.

Исполни, Господи, сердце мое жизни вечной!

Жизнь вечная есть утешение в Боге, и кто обрел утешение в Боге, тот почитает излишним утешение мирское.

 

Вопрос. Откуда человек дознает, что приял он мудрость от Духа?

Ответ. От самой мудрости, которая в сокровенности его и в чувствах учит его смиренным нравам, и в уме его открывается ему, как приемлется смирение.

 

Вопрос. Из чего дознает человек, что достиг смирения?

Ответ. Из того, что находит для себя гнусным угождать мiру своим общением с ним или словом, и в глазах его ненавистна слава мiра сего.

Об из­ме­нении об­ра­за жиз­ни: ка­ким об­ра­зом один об­раз жиз­ни за­меня­ет­ся с бо­жес­твен­ной целью на дру­гой. И как, и ка­ким об­ра­зом пре­ус­певшие за­меня­ют один об­раз жиз­ни на дру­гой, выс­ший

Так­же и это сле­ду­ет знать: не оди­наков по спо­собу и це­ли труд для на­чаль­ной, про­межу­точ­ной и зак­лю­читель­ной сте­пени. На­чаль­ная сте­пень пред­по­лага­ет труд со мно­гим мо­лит­восло­ви­ем и яв­ля­ет­ся толь­ко умерщ­вле­ни­ем те­ла пос­редс­твом уси­лен­но­го пос­та. На про­межу­точ­ной сте­пени эти де­лания умень­ша­ют­ся, и усер­дие в них за­меня­ет­ся на усер­дие в дру­гих де­лани­ях, труд чте­ния и осо­бен­но ко­леноп­рекло­нение. На треть­ей сте­пени умень­ша­ет­ся усер­дие в том, что от­но­сит­ся к пре­дыду­щей сте­пени, и че­ловек тру­дит­ся в раз­мышле­нии и мо­лит­ве сер­дца. Не так, что­бы на каж­дой из этих сте­пеней пол­ностью ос­тавля­лись тру­ды пре­дыду­щей сте­пени, но из­ме­ня­ют­ся спо­соб и цель тру­дов: усер­дие в них из­ме­ря­ет­ся со­от­ветс­твен­но тем раз­ли­чи­ям, ко­торые свой­ствен­ны им, и со­от­ветс­твен­но их вку­су, и от внеш­не­го дви­жут­ся они к внут­ренне­му. Слу­шай, как это про­ис­хо­дит: к сред­ней сте­пени от­но­сит­ся псал­мо­пение и труд пос­та, но это уже не де­ла­ет­ся без рас­су­дитель­нос­ти или не­пос­ле­дова­тель­но, как слу­ча­ет­ся с чи­ном но­вона­чаль­ных. По­доб­ным же об­ра­зом да­же на сте­пени со­вер­шенс­тва ос­та­ют­ся чте­ние, труд ко­леноп­рекло­нений и псал­мо­пение, но бо­лее важ­ным, чем они, яв­ля­ет­ся пос­то­ян­ное раз­мышле­ние о до­мос­тро­итель­стве Бо­жи­ем и сок­ро­вен­ная мо­лит­ва, пос­коль­ку нет бо­лее нуж­ды в боль­шом ко­личес­тве преж­де­наз­ванно­го и пос­коль­ку, уп­ражня­ясь в этом лишь сов­сем не­дол­го, че­ловек бы­ва­ет вос­хи­щен в изум­ле­ние и пре­быва­ет в нем. Та­ким же об­ра­зом неп­ро­дол­жи­тель­но­го чте­ния Пи­сания и крат­кой служ­бы псал­мов дос­та­точ­но для не­го. Та­кие лю­ди не тру­дят­ся мно­го над этим, по­тому что в тот са­мый миг, ког­да нач­нут они псал­мы или мо­лит­ву, пле­ня­ют­ся они дру­гими ве­щами, ко­торые пре­вос­хо­дят вся­кое здеш­нее зна­ние: их уму не поз­во­ля­ет­ся за­дер­жи­вать­ся в этом на­дол­го. 

Та­ковы из­ме­нения и пе­реме­ны, о ко­торых го­ворят Свя­тые От­цы, что они есть на пу­ти доб­ро­дете­ли. Под "пе­реме­нами" они под­ра­зуме­ва­ют из­ме­нение це­лей и спо­собов тру­дов по ме­ре при­об­ре­тения зна­ния, как по­каза­но вы­ше. Под "из­ме­нени­ями" же - раз­личные ви­ды бо­рений и вспо­мощес­тво­вание бла­года­ти, - то, что слу­ча­ет­ся во все вре­мена с от­шель­ни­ками, пре­ус­пе­ва­ющи­ми в без­молвии, - а так­же из­ме­нение в дей­стви­ях Ду­ха Свя­того и раз­личные уте­шения, ко­торые от Бо­га по­сыла­ют­ся свя­тым. 

О тай­не слу­жения свя­тых, ко­торая ус­матри­ва­ет­ся в при­род­ных яв­ле­ни­ях 

Сим­во­личес­кое изоб­ра­жение тру­дов, ко­торые свя­тые и бо­жес­твен­ные му­жи пред­при­нима­ют ра­ди Бо­га, со­дер­жится в том, что про­ис­хо­дит с се­мена­ми. Ког­да в ме­сяце ни­сане зем­лю воз­де­лыва­ют, обыч­ный вид се­мян ни­ко­им об­ра­зом не яв­ля­ет то не­выра­зимое раз­но­об­ра­зие и изо­билие кра­сок, столь ве­лико­леп­но сме­шан­ных, ко­торое эти се­мена в свое вре­мя про­из­ве­дут на свет, слов­но чу­дес­ное оде­яние и ук­ра­шение для зем­ли, ко­торая взра­щива­ла се­мена в се­бе. Тот та­инс­твен­ный смысл, ко­торый ус­матри­ва­ет­ся в ма­лень­ких се­менах, свя­тые му­жи ду­хов­но уз­на­ют в ра­зуме­нии сво­ем в те вре­мена, ког­да вся их жизнь ста­новит­ся уны­лой и пом­ра­чен­ной. Зна­ют они, что си­ла Соз­да­теля бу­дет яв­ле­на в них, а по­тому с не­тер­пе­ни­ем на­де­ют­ся уви­деть в се­бе то не­из­ре­чен­ное из­ме­нение, ко­торое яв­ля­ет­ся ощу­тимым ре­зуль­та­том обыч­ных тру­дов их. Это из­ме­нение про­ис­хо­дит с ни­ми бла­года­ря дей­ствию Свя­того Ду­ха, Ко­торо­го по­луча­ют они в со­от­ветс­твии с пре­ус­пе­яни­ем сво­им в под­вижни­чес­кой жиз­ни. 

То­го же бла­жен­но­го мар Иса­ака. Об из­ме­нении, про­ис­хо­дящем от свя­тых дви­жений, и о прос­ветлен­ном пу­ти в час мо­лит­вы, ко­торый да­ет­ся нам ми­лосер­ди­ем Гос­по­да на­шего 

Ког­да вре­мена­ми слу­ча­ет­ся, что пла­мен­ной мо­лит­вы удос­та­ива­ет­ся че­ловек из-за про­буж­де­ния бла­года­ти, тог­да бы­ва­ют у не­го нап­ря­жен­ные и бес­числен­ные дви­жения в мо­лит­ве - мо­лит­вы усер­дные, мощ­ные и го­рячие, слов­но ог­ненные уг­ли. И в дви­жени­ях этих силь­ный вопль вос­хо­дит из глу­бины сер­дца его вмес­те со сми­рени­ем, ко­торое про­ис­хо­дит от силь­ной ра­дос­ти. И от­ку­да ис­хо­дят они, от­ту­да же сок­ро­вен­ным об­ра­зом по­луча­ет он не­кое вспо­може­ние в дви­жени­ях сво­их в та­кие ми­нуты, то есть от са­мой мо­лит­вы; и пла­мене­ющий огонь воз­ни­ка­ет в ду­ше бла­года­ря ра­дос­ти его - до тех пор, по­ка че­ловек тот до са­мой без­дны не сми­рит­ся в по­мыс­лах сво­их. Итак, эти дви­жения про­буж­да­ют­ся в нем бла­года­ря мо­лит­ве - мо­лит­вы чис­тые и силь­ные, нап­ря­жен­ные и не­удер­жи­мые в стрем­ле­нии сво­ем. Они по­яв­ля­ют­ся в сок­ро­вен­ности сер­дца вмес­те с не­ук­лонным взи­рани­ем на Бо­га. И ка­жет­ся че­лове­ку то­му, что в те­ле сво­ем приб­ли­жа­ет­ся он к Гос­по­ду на­шему в ту ми­нуту по при­чине ис­крен­ности по­мыс­лов мо­лит­вы его, вос­хо­дящей к Не­му. Ес­ли же удос­то­ен он соз­на­тель­ной мо­лит­вы, то в тот миг, ког­да встре­ча­ет он ма­лей­шее сло­во мо­лит­вы, тот­час ис­сы­ха­ет мо­лит­ва на ус­тах его и бы­ва­ет он пол­ностью ус­по­ко­ен от вся­ких дви­жений, и дос­ти­га­ет он не­под­вижной ти­шины в ду­ше сво­ей и в те­ле сво­ем. Кто про­шел по это­му пу­ти, тот пой­мет ска­зан­ное об этих двух фор­мах мо­лит­вы. 

Или, мо­жет быть, есть та­кой че­ловек, ко­торый во­об­ра­жа­ет, что чин и дви­жение ду­хов­ной мо­лит­вы есть что-ли­бо од­но из это­го. Пусть же пой­мет ду­ма­ющий так, что все эти ве­щи и бес­числен­ные дру­гие по­доб­ные им суть чин чис­той мо­лит­вы и чис­тых ду­шев­ных по­мыс­лов, воз­ни­ка­ющих в че­лове­ке во вре­мя мо­лит­вы. А в жиз­ни ду­ха уже нет мо­лит­вы. Вся­кая су­щес­тву­ющая мо­лит­ва сос­то­ит из прек­расных по­мыс­лов и ду­шев­ных дви­жений. На ду­хов­ном же уров­не и в жиз­ни ду­ха нет ни по­мыс­лов, ни дви­жения, нет да­же ка­кого-ли­бо ощу­щения ма­лей­ше­го дви­жения ду­ши от­но­ситель­но че­го-ли­бо, ибо ес­тес­тво пол­ностью уда­ля­ет­ся от это­го и от все­го, что свой­ствен­но ему. И пре­быва­ет че­ловек в не­ко­ей нес­ка­зан­ной и не­изъ­яс­ни­мой ти­шине, ибо дей­ствие Ду­ха Свя­того про­буж­да­ет­ся в нем, и под­ни­ма­ет­ся он вы­ше об­ласти ду­шев­но­го зна­ния. Что же ска­жем? Где нет по­мыс­лов, там как мож­но го­ворить о мо­лит­ве или о чем-ли­бо еще? От­но­ситель­но это­го чи­на ес­ли кто же­ла­ет ус­лы­шать в точ­ности, пусть про­чита­ет вы­ше длин­ное Сло­во, на­писан­ное на­ми о ду­хов­ной мо­лит­ве, от­ту­да на­учит­ся он яс­но всей су­ти это­го уче­ния о жиз­ни в мо­лит­ве и о ви­дах чис­то­ты и не­чис­то­ты ее. На­учит­ся он так­же то­му, что есть ду­хов­ное дви­жение и по­чему на­зыва­ет­ся мо­лит­вой этот ду­хов­ный подъ­ем, ко­торый пре­выше дви­жений ду­шев­ности, нес­мотря на то, что на ду­хов­ном уров­не нет мо­лит­вы. Все это мы яс­но на­писа­ли там. 

О це­ли воз­вы­шен­но­го слу­жения ра­зума, ко­торое есть со­вокуп­ность вся­кого под­вижни­чес­тва, со­вер­ша­емо­го пос­редс­твом те­лес­ных чувств; бла­года­ря нему вхо­дит че­ловек на вся­кий миг в со­вер­шенное сли­яние с Бо­гом 

Ког­да проз­ре­ний в смысл твар­ных су­ществ дос­тигнет че­ловек на пу­ти под­вижни­чес­тва сво­его, тог­да с это­го вре­мени под­ни­ма­ет­ся он пре­выше мо­лит­вы, зак­лю­чен­ной во вре­мен­ные пре­делы, ибо из­лишне для не­го с этих пор ог­ра­ничи­вать мо­лит­ву оп­ре­делен­ны­ми вре­мена­ми и ми­нута­ми: он уже вы­шел из то­го сос­то­яния, при ко­тором он, ког­да хо­тел, тог­да бы мо­лил­ся и сла­вил Бо­га. С это­го мо­мен­та пос­то­ян­но на­ходит он чувс­тва свои утих­ши­ми и по­мыс­лы свя­зан­ны­ми уза­ми изум­ле­ния. И на­пол­нен он пос­то­ян­но ви­дени­ем, изо­билу­ющим сла­вос­ло­ви­ем, ко­торое про­ис­хо­дит без дви­жений язы­ка. По вре­менам, опять же, мо­лит­ва час­тично ос­та­ет­ся, од­на­ко ум уво­дит­ся от нее на не­бо, слов­но плен­ник, и сле­зы, слов­но ис­точни­ки во­ды, ль­ют­ся и оро­ша­ют все ли­цо воп­ре­ки во­ле его. При этом сам че­ловек по­ко­ен, без­молвен и внут­ри се­бя на­пол­нен изум­ленным ви­дени­ем. Весь­ма час­то не поз­во­ля­ет­ся ему да­же мо­лить­ся, и по­ис­ти­не это есть то прек­ра­щение мо­лит­вы, ко­торое вы­ше мо­лит­вы: оно зак­лю­ча­ет­ся в том, что че­ловек пре­быва­ет в пос­то­ян­ном изум­ле­нии пе­ред вся­ким соз­да­ни­ем Бо­жи­им на­подо­бие тех, кто обе­зумел от ви­на. Это и есть то ви­но, ко­торое ве­селит сер­дце че­лове­ка. Но бу­дем ос­те­регать­ся, что­бы не на­шел­ся че­ловек, ко­торый с праз­дны­ми по­мыс­ла­ми ос­та­вит мо­лит­ву и псал­мо­пение, ког­да ус­лы­шит об этом, во­об­ра­зив, что ти­шина, о ко­торой мы го­вори­ли, при­ходит по на­шей во­ле. Но пусть пой­мет вся­кий, кто встре­ча­ет та­кие пред­ме­ты, что по­доб­ные дей­ствия бы­ва­ют не от лю­дей и что они не под­властны во­ле. Ибо умол­ка­ют в со­зер­ца­нии и за­мира­ют пе­ред тай­на­ми те, кто в ми­нуты мо­лит­вы, или так­же и в дру­гие вре­мена, вос­торга­ет­ся умом, жаж­ду­щим Бо­га. Но осо­бен­но в ми­нуту мо­лит­вы воз­ни­ка­ют сос­то­яния, по­доб­ные этим, по при­чине осо­бого трез­ве­ния, со­путс­тву­юще­го че­лове­ку. Под мо­лит­вой я ра­зумею не толь­ко ус­та­нов­ленные ча­сы или "ал­ли­лу­ии" Псал­ти­ри или бо­гос­лу­жеб­ные пес­но­пения. Ибо тот, кто дос­тиг это­го зна­ния, боль­ше, чем во всех доб­ро­дете­лях, пре­быва­ет в мо­лит­ве. От проз­ре­ний по­луча­ет она свое на­чало, но проз­ре­ни­ями, опять же, ус­ми­ря­ет­ся и воз­вра­ща­ет­ся к ти­шине. Ибо на все тво­рения Бо­жии взи­ра­ет оза­рен­ный че­ловек оком ра­зума и ви­дит до­мос­тро­итель­ство Бо­жие, со­путс­тву­ющее им на вся­кий миг, ви­дит не­бес­ное про­мыш­ле­ние, ис­полнен­ное ми­лосер­дия, неп­рестан­но по­сеща­ющее тварь - иног­да в ви­де ис­пы­таний, иног­да же в ви­де бла­годе­яний. И бла­годать Бо­жия от­кры­ва­ет это­му че­лове­ку раз­личные ви­ды дей­ствий, ко­торые скры­ты от тол­пы, - дей­ствий, ко­торы­ми поль­зу­ет­ся Соз­да­тель для чу­дес­но­го вспо­може­ния каж­до­му ес­тес­тву, будь то сло­вес­но­му или не­оду­шев­ленно­му, - а так­же не­види­мые при­чины, по ко­торым слу­ча­ют­ся эти из­ме­нения со все­ми бла­года­ря про­мыш­ле­нию, свой­ствен­но­му люб­ви Бо­жи­ей, и той твор­ческой и пу­тевод­ной си­ле, ко­торая ве­дет тво­рение с изу­митель­ной за­бот­ли­востью. 

Ког­да ощу­щение этих тайн по­луча­ет все вре­мя че­ловек пос­редс­твом то­го внут­ренне­го ока, ко­торое на­зыва­ет­ся ду­хов­ным со­зер­ца­ни­ем и ко­торое есть ви­дение, про­ис­хо­дящее от бла­года­ти, тог­да в мо­мент ощу­щения им той или иной из этих тайн тот­час же сер­дце его ути­ха­ет в не­ко­ем изум­ле­нии. Не толь­ко ус­та его прек­ра­ща­ют про­из­не­сение мо­лит­вы и умол­ка­ют, но и са­мо сер­дце осу­ша­ет­ся от по­мыс­лов бла­года­ря чу­ду, ко­торое на­пада­ет на не­го, и сла­дость тайн пре­муд­рости и люб­ви Бо­жи­ей по­луча­ет он от бла­года­ти бла­года­ря соз­на­тель­но­му ви­дению дей­ствий и ес­теств. Это за­вер­ше­ние под­вижни­чес­тва ду­ши в те­ле и пре­дел ду­хов­но­го слу­жения, ко­торое со­вер­ша­ет­ся в уме. Кто же­ла­ет дос­тичь вку­шения люб­ви Гос­по­да на­шего, тот дол­жен про­сить Его, что­бы эта дверь от­кры­лась для не­го. Я удив­люсь, ес­ли то­му, кто не прис­ту­пал к Не­му с этой прось­бой и кто не поз­нал ощу­щение ви­дения тва­рей и про­мыс­ли­тель­ных дей­ствий Бо­жи­их в них, воз­можно ког­да-ли­бо ощу­тить ту лю­бовь, что пле­ня­ет ду­ши тех, на ко­го она нис­хо­дит. Та­ковы ве­щи, от­кры­ва­ющие для нас дверь к поз­на­нию ис­ти­ны, ко­торое пре­выша­ет все и ко­торое да­ет уму путь к слав­ным тай­нам дос­точти­мого и бо­жес­твен­но­го Ес­тес­тва. Еще бо­лее уди­витель­но то, ког­да лю­ди, неп­ри­час­тные без­молвию и ве­ликой от­ре­шен­ности, дер­за­ют го­ворить и пи­сать об этой тай­не сла­вы Бо­жи­ей в тва­рях. Бла­жен, кто во­шел этой дверью и ис­пы­тал это на собс­твен­ном опы­те! Слиш­ком бес­силь­на вся си­ла чер­нил, букв и сло­восо­чета­ний, что­бы вы­разить нас­лажде­ние этой тай­ной. Мно­гие прос­те­цы счи­та­ют, что целью раз­мышле­ния фи­лосо­фов яв­ля­ет­ся вку­шение этой бе­седы, ко­торая не­сет в се­бе кра­соты всех тайн Бо­жи­их. Бла­жен­ный Ва­силий-епис­коп в од­ном из пи­сем к сво­ему бра­ту де­ла­ет раз­ли­чие меж­ду этим вос­при­яти­ем фи­лосо­фов и тем вос­при­яти­ем, ко­торое по­луча­ют свя­тые в твар­ных су­щес­твах - то есть, умс­твен­ной лес­тни­цей, о ко­торой го­ворил бла­жен­ный Еваг­рий и ко­торая воз­вы­ша­ет­ся над вся­ким обыч­ным ви­дени­ем. "Есть, - го­ворит он, - бе­седа, от­кры­ва­ющая дверь, че­рез ко­торую мы мо­жем всмат­ри­вать­ся в зна­ние твар­ных ес­теств, но не в ду­хов­ные тай­ны". Он на­зыва­ет зна­ние фи­лосо­фов "зна­ни­ем сни­зу", ко­торым, по его сло­вам, мо­гут об­ла­дать да­же под­вержен­ные страс­тям, а то вос­при­ятие, ко­торое по­луча­ют свя­тые че­рез ум пос­редс­твом бла­года­ти, на­зыва­ет он "зна­ни­ем ду­хов­ных тайн свы­ше". 

Итак, кто удос­то­ил­ся это­го, тот ночью и днем пре­быва­ет в та­ком сос­то­янии, слов­но нек­то вы­шед­ший из те­ла и уже на­ходя­щий­ся в том ми­ре пра­вед­ных. Это и есть бо­жес­твен­ная сла­дость, о ко­торой чис­то­сер­дечный и чуд­ный Ам­мон го­ворил, что она "сла­ще ме­да и сот", но нем­но­гие от­шель­ни­ки и девс­твен­ни­ки поз­на­ли ее. И это вход в бо­жес­твен­ный по­кой, о ко­тором го­вори­ли От­цы, и это пе­реход из об­ласти страс­тей к прос­ветлен­ности и к дви­жени­ям сво­боды. И это то, что изо­билу­ющий ду­хов­ны­ми от­кро­вени­ями Еваг­рий на­зыва­ет "сток­ратной наг­ра­дой, ко­торую в Еван­ге­лии обе­щал Гос­подь наш". И в изум­ле­нии ве­личи­ем это­го нас­лажде­ния хо­рошо наз­вал он его "клю­чом в Царс­тво Не­бес­ное". Как пе­ред ис­тинным Бо­гом го­ворю я: чле­ны те­ла не мо­гут вы­дер­жать это нас­лажде­ние, и сер­дце нес­по­соб­но вмес­тить его по при­чине ве­ликой сла­дос­ти его. Что еще мож­но ска­зать, ес­ли "вос­при­яти­ем Царс­тва Не­бес­но­го" на­зыва­ют это свя­тые. Ибо это тай­на бу­дуще­го изум­ле­ния Бо­гом. Не бла­года­ря проз­ре­нию в ма­тери­аль­ный мир и де­ла его нас­лажда­ют­ся пра­вед­ни­ки в Царс­тве Не­бес­ном, но бла­года­ря тем пред­ме­там, ко­торые в ми­ре, воз­во­дит­ся ум, как по не­ко­ей лес­тни­це, к То­му, Кто есть Царс­тво свя­тых, и пре­быва­ет в изум­ле­нии. Хо­рошо наз­ва­но это вос­при­ятие "тай­ной Царс­тва Не­бес­но­го", ибо в поз­на­нии То­го, Кто есть ис­тинное Царс­тво все­го, при­ходим мы че­рез эти тай­ны вся­кий раз, ког­да ум бы­ва­ет дви­жим ими, по да­ру си­лы Бо­жи­ей. 

 

----картинка линии разделения----

 

 

Святитель Феофан Затворник 

ht

Постепенное возрастание потаенного в сердце человека, благодатью Божией

Притча о постепенном возрастании из семени пшеницы изображает в отношении к каждому человеку постепенное возрастание потаенного в сердце человека, благодатью Божией засеменяемого и соблюдаемого, а в отношении к человечеству - постепенное увеличение тела Церкви или общества спасаемых в Господе Иисусе Христе, по чину Им установленному. Этою притчею разрешается вопрос: отчего до сего времени христианство не всеобъемлюще? Как человек, бросив семя в землю, спит и встает, семя же прозябает и растет само собою без его ведома, так и Господь, положив на земле семя Божественной жизни, дал ему свободу о себе разрастаться, подчинив его естественному течению событий и не насилуя этих последних; блюдет только семя, содействует ему в частных случаях и дает общее направление. Причина этому в свободе человека. Господь ищет, чтобы человек сам себя подчинил Ему и ждет склонения его свободы; дело и длится. Если бы все зависело только от воли Божией, давно бы все были христианами. Другая мысль: созидаемое тело Церкви созидается на небе; с земли поступают только материалы, образуемые тоже небесными деятелями. Слово с неба проходит по земле и привлекает хотящих. Внявшие и последовавшие поступают, как сырцовый материал, в лабораторию Божию, в Церковь, и здесь переделываются по образцам с неба данным. Переделанные, по исходе из этой жизни, переходят на небо и там поступают в здание Божие, каждый куда годен. Это идет непрерывно и, следовательно, дело Божие не стоит. Всеобщая торжественность христианства и не требуется для сего. Здание Божие созидается невидимо.

  

 ----картинка линии разделения----

 

Апостол Петр

Апостол Петр 

----картинка линии разделения----

Призыв к святой жизни

Посему, возлюбленные, препоясав чресла ума вашего, бодрствуя, совершенно уповайте на подаваемую вам благодать в явлении Иисуса Христа. Как послушные дети, не сообразуйтесь с прежними похотями, бывшими в неведении вашем, но, по примеру призвавшего вас Святаго, и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: «будьте святы, потому что Я свят». 

И если вы называете Отцем Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего, зная, что не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние времена для вас, уверовавших чрез Него в Бога, Который воскресил Его из мертвых и дал Ему славу, чтобы вы имели веру и упование на Бога.

Послушанием истине чрез Духа, очистив души ваши к нелицемерному братолюбию, постоянно любите друг друга от чистого сердца, как возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живаго и пребывающего вовек. Ибо всякая плоть — как трава, и всякая слава человеческая — как цвет на траве: засохла трава, и цвет ее опал; но слово Господне пребывает вовек, а это есть то слово, которое вам проповедано (1Пет.1:13-25).

Итак, отложив всякую злобу и всякое коварство, и лицемерие, и зависть, и всякое злословие, как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко, дабы от него возрасти вам во спасение, ибо вы вкусили, что благ Господь (1Пет.2:1-3).

 

---картинка линии разделения текста---

 

  Святой Макарий Великий

Святой Макарий Великий 

---картинка линии разделения---

Ведение истины есть причина спасения

Владыка и Создатель всяческих, человеколюбивый Бог, всегда дарует роду человеческому благие поводы для познания будущих благ, а мановением (Своей) доброты вкладывает (стремление) избрать удел лучшего преуспеяния в желающих этого, всегда увлекая к благу человека, созданного по образу Его. Ибо душе по природе присуще обладать стремлением к прекрасному, и она всегда старается желать лучшего, но левая сторона зла с помощью ужасного коварства взращивает в душах простецов мечтание о прекрасном для помрачения подлинно прекрасного. Вследствие этого неизреченная любовь благодати Христовой научает нас чрез Богодухновенные Писания ведению истины словами пророка: «Благости и наказанию и разуму научи мя, яко заповедем Твоим веровах» (Пс. 118:66). Стало быть, Бог желает изгнать из нас всякую причину зол, дабы мы смогли отстранить неведение — причину всех пороков и сущее в нас плотское и неразумное помышление, обманом возобладавшее над обетованием ведения; тогда, познав, что ведение истины есть причина спасения, и водимые повсюду светом истинного знания, мы сможем отогнать от себя всякий порок.

Нельзя нам, удовлетворяясь и успокаиваясь некоторыми дарами Духа, преуспев в каких-либо духовных рассуждениях и считая себя достигшими совершенства, быть прельщенными коварством зла, вверженными в самомнение своей ложной праведностью и оставаться вдали от великих преуспеяний духа. Наоборот, как истинные правдолюбцы, будем до конца приумножать ежедневно свой труд, скорбь, борение и подвиг, всегда забывая заднее и простираясь вперед (Флп. 3:13), алкая и жаждая правды (Мф. 5:6) по увещанию Господа и имея сокрушенное сердце (Пс. 50:19), как не достигшие еще призвания, к которому мы призваны, не постигнувшие совершенной меры христианства и не обретшие еще зрелости в совершенной любви Христовой.

Будучи в чести у Бога, они считают себя недостойными; достигнув духовного преуспеяния

Ибо подлинно жаждущие достичь предлежащей, наперед известной и наивысшей цели жизни всегда уязвляются любовью к этому невыразимому призванию совершенства, вплоть до последнего дыхания никогда не удовлетворяясь каким-либо из меньших благ или какой-либо меньшей правдой; не насыщаются они подвигами постов, бдений и милостыни и причастием даров Духа. Наоборот, предавая себя целиком всякому благу, добру и всякой добродетели, пребывая всегда нуждающимися относительно добродетели, они никогда не считают себя преисполненными закона Премудрости. Будучи в чести у Бога, они считают себя недостойными; достигнув духовного преуспеяния, полагают себя новоначальными; будучи великими, презирают и считают себя ничтожными. 

О том, как душа, понемногу воспитуемая благодатью, достигает совершенства

Многими и разнообразными благодатными способами, через преуспеяние, возрастание и по прошествии немалого времени удостаивает духовная благодать прийти в совершенную меру чистоты души, послушные ей во всем. Как некоторые птицы, боясь наземных зверей, строят гнезда в самых высоких недосягаемых местах, на кровле или на каком-нибудь высоком дереве, и сама мать, перелетая, приносит птенцам нежную пищу, какую они только и могут принять по младенчеству своему, а потом в свою пору подносит каждый раз более твердую пищу смотря по возрастанию птенцов, одновременно уча их по мере образования и вырастания крыл мало-помалу упражняться в воздушном полете, сперва перепархивая внутри гнезда, потом по ветвям дерева, с ветви на ветвь, затем немного дальше, пока птенцы не возмужают и крылья их не окрепнут, а там уж они станут проворно и беструдно, ничего не опасаясь, летать с холма на холм и с горы на гору, – так и чада Божии, которых рождает Дух Святой от своей силы. Сперва для начала Он дает им в глубине сердца молочную духовную пищу, исполненную сладости и небесной любви: "Молоком, – говорит Апостол, – я питал вас, а не твердою пищей" (1 Кор 3:2); и Петр так же сказал: "Как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко" (1 Петр 2:2). Потом по мере преуспеяния и возрастания обновленной души Он дает ей более твердую духовную пищу; а одновременно и крылья благодати (то есть сила Духа) растут в душе, преуспевшей в благих делах. Дальше Божия благодать (добрая и небесная матерь) учит разум летать сперва в гнезде сердца, или помышлений (то есть без блуждания молиться Богу в силе духа). А там – чем более твердую пищу Духа Божия принимает душа, тем дальше и выше может она и взлететь, направляемая и несомая Духом. Когда она наконец возмужает и придет в меру духовного возраста (Еф 4:13), то с холма на холм и с горы на гору (то есть из мира сего в вышний мир и из века сего в блаженный и нетленный и нескончаемый век) легко летит ум с великой беспечностью и спокойствием, крылами духовными несомый и направляемый к видениям и откровениям небесных тайн (2 Кор 12:1), к неизреченным духовным созерцаниям, которых языком плоти высказать не может. Наконец чада Божии, получая силу от Духа и в небесах свое питание, становятся выше зла, уже не боясь свирепости нечистых духов. Как возмужавшие птенцы, когда у них подросли крылья, уже не боятся злоумышления звериного или человеческого, потому что большей частью живут в воздухе, и как никто из людей не знает разговора птиц, так и язык Духа не может знать никто из людей, угнетенных мирским духом (1 Кор 2:12); только сыны духовной благодати знают речь своей матери, по Апостолу: соображая духовное с духовным; душевный же человек не принимает ничего от Духа Божия, потому что это для него безумие (1 Кор 2:13-14). Как людям невразумительна речь ласточек и других птиц, так невразумительны для плотских слова духовных. Подобно тому и для духовных слова плотских, то есть мудрость мира сего, есть безумие (1 Кор 3:19), и хотя они понимают их, но отвращаются от них как от слов мирской бессмыслицы и тщеты.

Обо всем этом я рассказываю на примере видимого, на примере птиц и зверей и всего зримого, потому что иначе выразить или истолковать духовное невозможно, как и Господь говорил большей частью притчами, беря в пример видимые вещи и уподобляя Царство зерну горчичному, закваске и сокровищу: "Отверзу, – говорит Он, – в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира" (Мф 13:35). Ибо несказанно духовное и неизреченно человеческим словом, если только сам Дух на опыте и на деле не научит достойную и верную душу: о духовном рождении, возрастании и совершенствовании рассказать невозможно, можно только уверовать, что именно так все делает Бог для людей, предпринявших угодное Ему гражданствование. Потому и речь духовных невразумительна для мирских людей. Ибо как рыбы моря знают все в нем, его пути и глубины, а человеку или зверю или прочим живым существам недоступно познать сокрытое там или подолгу там пребывать, потому что они гибнут от удушья, так невозможно никому, если он не рожден от Святого Духа, от будущего века, ведать сущее там и познать глубины Божии (1 Кор 2:10) и пути Его Царства, кроме обитающих в самом Духе и Им живущих, ему причастных и в Нем ходящих, по слову Апостола: "Наше жительство – на небесах" (Фил 3:20); и еще: никто не познал Божьего, кроме Духа Божия, а нам Бог открыл это Духом своим; и опять же: "Дух проницает и глубины Божии" (1 Кор 2:10-12). Так что невозможно человеку мирского духа, не родившемуся в Святом Духе, приобрести опытное знание духовных предметов, как они есть, и даже если он хочет вникнуть в них, то попусту надмевается от своего плотского ума. Опираясь на мирскую мудрость и воображая, будто они могут собственным разумением постичь духовные предметы без посещения и откровения Духа, мирские теряются и гибнут без истинного основания, то есть Господа, благодаря Которому духовные вбирают все духовное знание. В некую слепоту и воображение мнимых успехов впадает ум людей, собственным разумением и силой полагающих объять духовное знание; но если и все Писание они пересказывают наизусть, смысла того, что произносит их язык, они не знают. Как дети по велению учителя затверживают рассуждения великих риторов и устами пересказывают слова мудрецов, а силу слов не знают и по своему неразумению не понимают, что сами же читают или пересказывают, так и выучивающие и пересказывающие Писание, если не воспримут от духовных мужей заключенный в них истинный смысл и не обретут в самих себе живого голоса (то есть самой Божественной силы, внушившей Писание), то они не получили от Писания той помощи, какую надлежало получить. Они еще облечены в ветхого человека, то есть в дух мира, то есть в закон греховный, противоборствующий закону ума (Кол 3:9; 1 Кор 2:12; Рим 7:23). Как еще не родившийся человек не существует в видимом мире, когда же родится, то существует в веке сем, так и не рожденный в Духе Святом не существует в духовном веке, да и войти туда не может. Если он не примет оттуда нового и небесного рождения (то есть душа родится в веке том от Духа и Им напитается, и возрастет, и повзрослеет в Духе), будущего века он конечно не достигнет. Ибо такое учение преподано Господом, так Он благоволил и объявил: если кто не родится свыше, не войдет в Царствие Небесное, потому что рожденное от Духа есть дух, как рожденное от Духа есть дух, как рожденное от плоти есть плоть (Ин 3:3-6). Сам Дух Святой пожелал слиться с душой и очистить ее от духа греха, действующего в членах ее (Рим 7:5,23), и стать одним целым с нею, чтобы приблизить ее к Себе как невесту чистую и непорочную! Слава Возлюбившему так сильно созданную по Его образу душу, Освободившему ее из царства тьмы и Перенесшему ее в царство света жизни.

 

---картинка линии разделения текста---

 

Преподобный Никита Стифат 

---картинка линии разделения---

Степени в преуспевающих в восхождении к совершенству

Три есть степени в преуспевающих в восхождении к совершенству: очистительная, просветительная и таинственная или совершительная. Первая свойственна новоначальным, вторая – средним и третья – совершенным. По трем сим степеням восходя по порядку, рачительный подвижник возрастает до возраста Христова, и приходит в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4:13).

На очистительной степени стоят вводимые в священные подвиги. Свойственны ей – отложение образа перстного человека, освобождение от всякой чувственной страсти, облечение в нового человека, обновляемого Духом Святым. Делая ее – ненависть к чувственному, измождение плоти, удаление от всего, что может возбуждать страстные помыслы, раскаяние в содеянном; при сем – омытие слезами сланости греха, благоустроение нрава благодатью Духа, умиленным сокрушением очищение внутреннего сткляницы, т.е. ума, от всякой скверны плоти и духа, и влияние в него вина слова, веселящего сердце человека очищаемого и принесение его царю духов для вкушения. Конец же – действенное разжжение себя огнем подвижничества, трудами подвижническими извержение из себя всякого яда греховного, закаление себя чрез погружение в воду сокрушения и делание себя мечем сильно посекающим страсти и бесов. Достигший сего угасил силу естественного огня, заградил уста львов, – свирепых страстей, стал силен духом из немощного сделался крепким и, как другой Авситидианин (Иов), воздвиг себе трофей терпения, победив искусителя.

На просветительной степени стоят действием священных подвигов преуспевшие в первом бесстрастии. Свойственны ей – водворение в уме образа здравых словес, или здравых на все воззрений и причастие Духа Святого. Дело ее – очищение ума действием божественного огня, мысленное сердечных очей отверстие, и рождение слова с высокими помышлениями разума. А конец – Слово премудрости, уясняющее все сущее и бывающее, ведение божеских и человеческих вещей, и откровение тайн царствия небесного. Достигший сего мысленным деланием ума на колеснице огненной носим бывает четверицей добродетелей, и, как другой Фесвитянин (Илия), еще живой вземлется в мысленный воздух и обходит небесные области, став выше всего земного.

На таинственной или совершительной степени стоят пришедшие уже в меру возраста Христова. Свойственно им – пресекать воздух, возноситься выше всего, вращаться в кругу горних чинов небесных, приближаться к первому Свету, и глубины Божии исследовать духом. Дело сей степени – исполнять зрителя таких предметов – ум ведением путей Промысла, законов правды и истины, и разрешения гаданий, притч и темных словес Божественного Писания. Конец же – тайноводствовать того, кто столь усовершен, к сокровенным тайнам Божиим, исполнять его неизреченной премудростью чрез сочетание с ним Духа и в великой Церкви Божией являть его мудрым богословом, просвещающим людей богословскими поучениями. Достигший сей меры действом глубочайшего смиренномудрия и сокрушения восхищаем бывает до третьего неба богословия, как другой некий Павел, и слышит неизреченные глаголы, которые не леть есть слышать и человеку, под влиянием чувств состоящему, вкушает неизреченные блага, коих око не видало, и о коих ухо не слыхало, и делается служителем тайн Божиих, став устами Его, и совершает их для людей Словом, почивая при сем блаженным покоем в Боге, совершенный в совершенном, и с богословами в общении пребывая с высочайшими силами Херувимов и Серафимов, коим принадлежит слово премудрости и вместе слово разума.

Духовное возрастание ревнителей о спасении соответствует возрастанию Господа нашего Иисуса Христа человечеством. Когда они младенчествуют в новоначалии, тогда, подобно Господу Иисусу, млеком питавшемуся, питаются млеком телесных добродетелей, или телесного обучения, которое вмале  (ненадолго)  есть полезно  возрастающим в добродетели и мало-помалу отлагающим младенчество (1 Тим. 4:8). Когда возрастут они до возраста юношей и твердою начнут питаться пищей видения истины Божией, как имеющие чувства душевные уже обученными (Евр. 5:14), тогда уподобляются Господу, преуспевшему возрастом и благодатью посреди старцев сидящему и открывающему им глубокие тайны (Лк. 2:46). Когда же придут в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4:13), тогда бывают подобны Господу, возвещавшему всем слово покаяния, научавшему народ тайнам царствия небесного, и между тем к страданию своему спешно приближавшемуся. Таков конец и всякого, совершившегося в добродетелях, чтоб, прошедши все возрасты Христовы, вступить в прискорбные искушения в соответствие кресту Его.

 

---картинка линии разделения текста---

 

Преподобный Максим Исповедник

Преподобный Максим Исповедник 

---картинка линии разделения---

Ступени Духовного  возрастания подвижников

Свтое Писание лишь только вводимых (новоначальных) и еще в предвратиях Божественного двора добродетелей находящихся, называет  «боящимися» (руководящимися страхом); стяжавших же соразмерный навык в разумении и в образе совершения добродетелей, обыкновенно называет «преуспевающими», а тех, кои духовным разумением взошли на самый верх истинного ведения добродетелей, называет «совершенными». Итак, отвратившийся от ветхого вращания в страстях, и все свое расположение по действию страха, предавший Божественным заповедям, никакого из благ, подобающих новоначалным, не лишается, хотя не стяжал еще навыка в добродетелях и не сделался причастником премудрости, «глаголемой в среде совершенных» (1Кор.2:6). Равно и преуспевающий не лишается ни одного из благ, принадлежащих его степени, хотя не стяжал еще такого же предельного ведения Божественных вещей, какое свойственно совершенным. А совершенные, таинственно сподобившиеся уже созерцательного богословия и ум свой сделавшие чистым от всякого вещественного мечтания, являются внедрившими в себя и Божественную любовь, носящую полное без всякого недостатка подобие образа Божественной красоты.

 

---картинка линии разделения текста---

 

 Преподобный Иоанн Кронштадский

Преподобный Иоанн Кронштадский  

---картинка линии разделения---

Скажи себе –я должен подвигаться вперед на пути к Царству Небесному 

Ходя в лесу, в саду или по лугу и видя молодые побеги растений, плоды на деревьях и разнообразие полевых цветов, возьми для себя урок от всей этой Божией растительности, именно такой урок: всякое деревцо в лето дает непременно значительный побег, непременно возрастает в объеме и в вышину, – всякое дерево с каждым годом как бы усиливается подвинуться в перед богодарованною ему силою; так – скажи себе – и я должен непременно с каждым днем, с каждым годом становиться нравственно выше и выше, лучше и лучше, совершеннее и совершеннее, должен подвигаться вперед на пути к Царству Небесному, или к Отцу Небесному, силою Господа Иисуса Христа и Духа Его, во мне живущего и действующего. Как луг украшается множеством цветов, так луг души моей должен благоукрашаться всеми цветами добродетелей; как деревья приносят цветы и потом плоды, так душа моя должна приносить плоды веры и добрых дел.

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com