ЗАТВОР

----картинка линии разделения----

 

Затворник – монах, совершавший подвиги своего спасения в уединении – в затворе. Затворничество является одним из видов отшельничества, отличительной особенностью затвора является то, что подвижник укрывается не в далеких пустынях, но затворяется ото всех среди монастыря, на окраине города и т.п.

Целью затворничества является «исихия» или «священное безмолвие».

Правила подвижнического делания в затворе обобщил прп. Григорий Синаит: «Сидя в келье своей, терпеливо пребывай в молитве во исполнение заповеди апостола Павла ( Рим. 12:12; Кол. 4:2). Собери ум свой в сердце и оттуда мысленным воплем призывай на помощь Господа Иисуса, говоря: Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Не поддавайся малодушию и разленению, но поболи сердцем и потруди себя телом, ища Господа в сердце».

41-е правило Трулльского Собора определяет, что затвору должен предшествовать 3-летний подготовительный период монастырского послушания.

Подвиг затворничества – особое призвание Божие, ныне встречающееся крайне редко. Из русских затворников наиболее известен свт. Феофан Затворник.

 

 

Преподобный Серафим Саровский

Преподобный Серафим Саровский

С видимым затвором в монастыре, собственно, окончилось его уединение

С понятием “затвора” нередко соединяется представление, что о.Серафим вошел в высшую степень подвига – уединение. Но можно думать иначе: с видимым затвором в монастыре, собственно, окончилось уединение, или пустынножительство, и началось уже служение преподобного миру. Если же первые годы этого подвига он и проводил еще в безмолвии, то они являются скорее подготовкой к новому его послушанию – спасению людей. В самом деле, уже один выход из пустыни и возвращение в многолюдную обитель, хотя бы и в затвор, есть уже вид общения с миром. А жизнь его здесь есть живая, наглядная проповедь и монахам и богомольцам: своим затворничеством и молчанием о.Серафим учил их спасению, подвигам и боголюбию не меньше слов. Во всяком случае, его пример здесь, на виду у всех, был более действенным и поучительным, чем в далекой пустыне, где он был к тому же отрезан от общения с людьми, за немногими исключениями. А пройдет еще лишь пять лет, и созревший духом Серафим совсем оставит свое уединение и открыто выступит на апостольский подвиг служения людям. И потому нужно думать, что дальней пустынькой закончился второй период его жизни: первый – мирской – был до киевского богомолья; второй – монашеский – от кельи Досифея до выхода из пустыньки; и третий – апостольский – от затвора до смерти.

Сам преподобный не дерзнул бы, по смирению своему, оставить пустынь и идти на проповедь, учительство и служение. Не захотел бы он оставить и возлюбленного сладкого безмолвия пустыни. Но Промысл Божий сам руководит святыми своими. “Знаю человека, – говорил великий пустынник древности Макарий Египетский, вероятно, про себя, – который ничего бы не хотел иного, как лишь сидеть в углу пещеры да наслаждаться блаженным созерцанием. Но Бог Сам на время оставляет его, чтобы хоть таким образом, придя в обычное состояние, он мог послужить еще и братиям своим”. Так случилось и с преподобным Серафимом: созревший плод пустыни снимается с древа уединения и полагается пред глазами людей. Но и здесь дается ему еще некоторое время “долежаться”, чтобы, умягчившись совсем и достигши последней сладости, быть всецело угодным Господу и приятным для людей. Таким образом, затвор был для преподобного, с одной стороны, итогом прошлого подвига, а еще более – приготовлением и вступлением в новый период жизни, во вторую половину монашества. А чтобы не было очень резкого перехода от уединения к служению, для этого Господь и выводит Своего любителя безмолвия из пустыни в монастырь, где он некоторое время, по-видимому, продолжает еще прежнюю жизнь, но в самом деле уже начинает исполнять новое служение.

Случилось же это так. Как мы видели, о. Серафим с ухода своего в молчальничество все реже стал посещать монастырь и даже редко причащался святых Христовых Тайн. Кто знает жизнь безмолвников, для того это не удивительно – так поступали многие из них, а преподобная Мария все 47 лет пустынничества ни разу не причащалась, после того как ушла из Иорданской обители святого Иоанна Предтечи, и лишь за час до смерти сподобилась Животворящих Тайн от старца Зосимы. Сподобляет ли их Господь спасительной сладости Своего общения чрез молитву и созерцания, или они таинственно, неким “невидимым образом сподобляются причастий чрез Ангела Божия”, – как говорил о.Серафим вдове Еропкиной, – сие выше нашего обычного разума и опыта...

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru